Опыт философской антропологии

Н. В. Омельченко

ОПЫТ ФИЛОСОФСКОЙ АНТРОПОЛОГИИ

К 25-летию Волгоградского государственного университета

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ВОЛГОГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ЮБИЛЕЙНАЯ СЕРИЯ «ТРУДЫ УЧЕНЫХ ВолГУ»

Редакционный совет серии:

О. В. Иншаков, ректор ВолГУ (председатель);

Б. Н. Сипливый, первым проректор (зам. председателя);

О. И. Сгибнева, проректор по научной работе;

А. А. Воронин, проректор по информатизации и телекоммуникации;

М. М. Загорулько, директор НИИ ПЭИР ХХ века;

Л. В. Лобанова, зав. кафедрой уголовного права;

П. В. Поляков, проректор по инновационной деятельности;

О. А. Прохватилова, зав. кафедрой стилистики и литературного редактирования;

А. И. Пигалев, зав. кафедрой культурологии и истории философии;

С. Г. Сидоров, проректор по учебной работе;

Н. Л. Шамне, декан факультета лингвистики и межкультурной коммуникации

Печатается по решению редакционно-издательского совета Волгоградского государственного университета

Рецензенты: д-р филос. наук, проф. Б. В. Марков; д-р филос. наук, проф. К. М. Никонов

ПРЕДИСЛОВИЕ

«Опыт философской антропологии» — это, пожалуй, наиболее точное название для настоящей монографии. Во-первых, это мой персональный опыт видения человека. Очень рад, что в течение последних лет многое в моих рассуждениях подтвердилось и я лишь укрепился в своем понимании человека. Во-вторых, обсуждая тему человека, мы всегда стремились оставаться на концептуальном поле философии, доказывая, в частности, ту идею, что метафизическая трактовка человеческого бытия может быть чрезвычайно полезной как для серьезной науки, так и для повседневной жизни. Другими словами, мы всегда стремились говорить от имени философской антропологии, тем самым конституируя (в меру своих сил и возможностей) ее как самостоятельную дисциплину.

Любопытно, что в 1997 году увидели свет сразу три книги по философской антропологии. В Петербурге вышла «Философская антропология: очерки истории и теории» Б. В. Маркова, в Москве П. С. Гуревич опубликовал одноименное учебное пособие, в издательстве Волгоградского государственного университета была опубликована моя монография «Первые принципы философской антропологии». Конечно, подобные работы появлялись и раньше, однако, думается, именно этот год можно считать началом становления философской антропологии в России.

Здесь уместно отметить то огромное влияние, которое оказывает на развитие философской антропологии постоянный международный форум «Человек в современных философских концепциях», проводимый в Волгоградском государственном университете (1998, 2000, 2004 годы). На Третью конференцию, соучредителями которой выступили Институт человека РАН и Российское философское общество, представили свои доклады наши коллеги более чем из 50 городов России, а также из Беларуси, Германии, Ирландии, Казахстана, Румынии, Словакии, США, Украины, Франции. Высокий уровень докладов и их гуманистическая направленность свидетельствуют о том, что многие российские и зарубежные ученые мыслят человеческое бытие и предлагают решение актуальных проблем в терминах метафизики уважения к человеку.

Непосредственное участие в организации всех трех конференций принимала наша Лаборатория философско-антропологических исследований, которая теперь будет сотрудничать с Институтом человека РАН.

Особо хочется отметить 2001/02 академический год в Мэнсфилдском университете (Пенсильвания, США) в качестве фулбрайтовского стипендиата. Тогда я представлял свои фулбрайтовские лекции по философской антропологии американским студентам и коллегам в разных колледжах и университетах, выступал с докладами на конференциях. Разумеется, то был уникальный опыт верификации собственных тезисов и утверждений в контексте другой культуры. И я счастлив, что этот опыт оказался весьма удачным.

Пользуясь случаем, выражаю свою глубокую и искреннюю признательность моим американским коллегам, прежде всего Стивену Бикхэму (Stephen Bickham) и Роберту Тимко (Robert Timko) за удивительно чуткую помощь и поддержку, а также моим американским студентам, которые писали интересные рефераты, демонстрировали свой пытливый ум и интерес к обсуждаемой тематике: мы вместе принимали участие в разработке сложнейших вопросов философии человека.

Но, разумеется, основными оппонентами моих концепций являются студенты и аспиранты философского факультета ВолГУ, именно им — моя нескончаемая благодарность за вопросы, замечания и памятные дискуссии. Они хорошо усвоили простую истину: только с друзьями можно философствовать. В свою очередь я также надеюсь на доброжелательное обсуждение моих старых и новых идей.

С особым чувством говорю сердечное спасибо коллегам, ученому совету факультета и администрации университета за возможность этой юбилейной публикации.

Николай Омельченко, 25 января 2005 года

ГЛАВА 1

Метафизика и философская антропология

1.1. Философская антропология Макса Шелера

«Положение человека в Космосе» — так называлось сочинение Макса Шелера (1874–1928), опубликованное в 1928 году. Оно представляет собой краткое резюме философско-антропологических воззрений, которые автор в течение многих лет излагал в своих лекциях.

В этой небольшой работе предпринимается попытка «дать новым опыт философской антропологии» (Шелер 1988: 32). Сущность человека исследуется на самой широкой основе.

а) Проблематичность человека

Прежде всего констатируется наличие трех несовместимых типов представлений о человеке в европейской культуре. Первым круг идей связан с иудейско-христианской традицией. Второе направление — это философское понимание, возникающее в эпоху античности. Третий образ человека предлагает современное естествознание, так сказать, естественно-научная антропология.

Но поскольку, заметим, сейчас появились социальная, культурная, политическая, юридическая, психологическая, лингвистическая и другие антропологии, то можно говорить в общем о наличии конкретно-научной антропологии.

Принимая эту общую классификацию, можно указать еще на восточный круг представлений, например, буддизм. Если допустить, что в начале двадцатого века восточная мудрость была редкостью для образованного европейца, то сегодня в Старом Свете происходит активная ассимиляция альтернативного опыта. Тем не менее следует согласиться с Шелером, что все известные интерпретации не дают целостной концепции: у нас нет единой идеи человека. По-прежнему актуальна оценка философа: «еще никогда в истории человек не становился настолько проблематичным для себя, как в настоящее время» (Шелер 1988: 32).

В этой связи имеет смысл отметить и то негативное понятие человека, которое выражается известной формулой «Человек — ошибка природы». М. Шелер рассказывал о нем в статье «Человек и история» (см.: Шелер 1994: 86–93).

Отрицательная версия настаивает на неизбежном декадансе человека в ходе его десятитысячелетней истории и причину этого декаданса видит в самой сущности и происхождении данного существа. На вопрос «Что такое человек?» подобная антропология отвечает: человек — это дезертир жизни, жизни вообще, ее основных ценностей, законов, ее священного космического смысла. По определению Теодора Лессинга (1872–1933), «человек — это вид хищных обезьян, постепенно заработавший на своем так называемом „духе“ манию величия» (цит. по: Шелер 1994: 86). В действительности же человек есть тупик и болезнь жизни.

Homo sapiens мыслит, создает науку, государство, искусство, орудия, язык и еще многое другое только из-за своей биологической слабости и бессилия, из-за фатальной невозможности к биологическому прогрессу. Все его творения происходят из неспособности создать привычными средствами жизни и на основе ее эволюционных законов живое существо, которое превосходило бы человека.

Эта теория, которую М. Шелер называет странной, пессимистичной, ложной, оказывается, однако, «логически строго последовательной», если, по объяснению автора, разделять дух (соответственно, разум) и жизнь как два метафизических начала, но при этом отождествлять дух с техническим интеллектом («интеллектом, лишенным мудрости» — см.: Шелер 1994: 104), а ценности жизни делать высшими ценностями. В таком случае, считает Шелер, дух и жизнь — не два последних взаимодополняющих принципа бытия: здесь они становятся двумя антагонистическими враждебными силами. Дух (и сознание) являет себя как некий метафизический паразит, который внедряется в человека, чтобы подорвать его. Дух тогда — это демон, сам черт, сила, разрушающая жизнь и душу. Таким образом, дух предстает как принцип, который попросту уничтожает жизнь, то есть самую высшую из ценностей (см.: Шелер 1994: 89).

В соответствии с этим взглядом человеческая история есть лишь необходимый процесс вымирания заведомо обреченного на смерть вида, уже рожденного обреченным. Фазы развития этой болезни жизни, которая зовется человеком, в структурном отношении те же самые, какие проходят все стареющие ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→