Весенней гулкой ранью...
2%

Читать онлайн "Весенней гулкой ранью..."

Автор С. П. Кошечкин

С. Кошечкин

Весенней гулкой ранью…

Этюды-раздумья о Сергее Есенине

--------------------------------------

ВСТУПЛЕНИЕ

1918 год, 3 ноября. Канун первой Октябрьской годовщины. В Москве

открывается несколько временных памятников видным деятелям революционного

движения и культуры. У гипсовой скульптуры Алексея Кольцова выступает

молодой литератор.

"…Как сейчас вижу его фигуру с поднятой смело головой, — вспоминал

позже писатель Иван Белоусов, — слышу его голос, бросающий в толпу новые

слова:

О Русь, взмахни крылами,

Поставь иную крепь!

С иными именами

Встает иная степь.

По голубой долине,

Меж телок и коров,

Идет в златой ряднине

Твой Алексей Кольцов…

А там, за взгорьем смолым,

Иду, тропу тая,

Кудрявый и веселый,

Такой разбойный я.

И тогда не я один, — продолжал писатель, — а многие почувствовали, что

к нам пришел новый Кольцов".

Иван Белоусов и "многие" ошиблись: "новый Кольцов" не пришел.

Пришел другой. Художник самобытный. Звонкоголосый. Ни на кого не

похожий.

Пришел Сергей Есенин.

"Репины всегда приходят из Чугуева", — как-то произнес Павел Бажов.

"Есенины всегда приходят из Константинова", — можем сказать мы. Это

значит: таланты всегда приходят из глубин народной жизни.

Две даты: 21 сентября (3 октября) 1895 года. 28 декабря 1925 года.

Первая — рождения, вторая — смерти Есенина.

В старину кавказские старцы наставляли молодежь:

"Тридцать лет человек должен учиться, тридцать — путешествовать и

тридцать — писать, рассказывая людям все, что он увидел, узнал, понял".

Девяносто лет…

Есенину было отпущено в три раза меньше. Его судьба — подтверждение

другого мудрого изречения: жизнь ценится не за длину.

Один из героев Василия Шукшина говорит: "Вот, жалеют: Есенин мало

прожил. Ровно — с песню. Будь она, эта песня, длинней, она не была бы такой

щемящей. Длинных песен не бывает".

Верные и глубокие слова, выношенные в сердце самого писателя.

Они на памяти — многие горькие признания Есенина. "Ведь я мог дать не

то, что дал…" — написал он незадолго до гибели. Гак оно, наверно, и было.

Но и то, что поэт дал, это немало. Что — немало! Это много, ибо — это целый

мир, он живет, движется, переливается всеми цветами радуги. Это — задушевная

песнь о великом и вечном: о России и Революции.

Лучшие стихи и поэмы Есенина — "томов премногих тяжелей". Место их

постоянного хранения не в книжном шкафу, не на библиотечной полке — в сердце

народа…

В стихотворении "Памяти Брюсова" он писал:

Мы умираем,

Сходим в тишь и грусть,

Но знаю я -

Нас не забудет Русь.

Не только в России — его имя с любовью произносится на Украине и в

Молдавии, в Белоруссии и Таджикистане, в Литве и Киргизии…

Как свежий весенний ветер звенит это имя на солнечных просторах Грузии

и Азербайджана, где поэт подолгу бывал и где пережил свою "болдинскую

осень".

Широко известны стихи Есенина за рубежом, особенно в странах

социалистического содружества — Болгарии, ГДР, Польше, Чехословакии…

На могиле поэта в Москве, у его мемориала в Мардакянах, что неподалеку

от Баку, летом и зимой свежие цветы.

"Есенин — это вечное, как это озеро, это небо…" — сказал Николай

Тихонов.

Оно всегда будет дорого людям, чудо есенинской поэзии…

"ВСЮ ДУШУ ВЫПЛЕЩУ В СЛОВА"

1

Рязань, рязанская земля… Места эти — исконно русские, изначальные.

Они первыми принимали на себя удары азиатских кочевников со стороны "дикого

поля". Слышали они удалые посвисты "соколов-дружинников" Евпатия Коловрата, шедших на "побоище кроволитное" с Батыевой ордой. Знали они и тех, что

скрытными тропами бежали от господского кнута под знамена Разина и Пугачева

— добывать себе и людям волю… Сколько ветров пронеслось, сколько гроз

прошумело над этими приокскими холмами и равнинами — не сосчитать…

Немало старинных сел разбросано среди полей и лесов этого раздольного

края. Одно из них — Константиново.

…Передо мной — второй том интереснейшего издания под названием:

"Россия. Полное географическое описание нашего Отечества. Настольная и

дорожная книга для русских людей". Выпущена книга в 1902 году под общим

руководством знаменитого ученого-путешественника Петра Петровича Семенова

Тянь-Шанского.

На странице 298 этого тома сообщается, что на Оке, двумя верстами ниже

села Федякина, "расположено с. Константиново, имеющее 2400 жит. и в эпоху

освобождения крестьян принадлежавшее Вас. Алекс. Олсуфьеву, владевшему здесь

6300 дес. земли".

Дальше в книге говорится: "…Местность по Оке очень живописна. Здесь

река огибает возвышенное плоскогорье, выступающее по направлению к востоку

крутым обрывистым мысом над заречной низменностью, состоящей из обширных и

превосходных поемных лугов".

Константиново… Многим достойным людям оно было колыбелью, но только

один из них сделал родное рязанское село известным во всем мире. Этот

человек — Сергей Есенин.

Он был "нежно болен вспоминаньем детства". И в радости и в печали, куда

бы поэта ни забрасывала судьба, его сердце неизменно тянулось к отчему

порогу, к родным полям и пущам. Так вышло и в последний год его жизни, когда

перед мысленным взором поэта вновь ожили впечатления далеких дней.

Изба крестьянская.

Хомутный запах дегтя,

Божница старая,

Лампады кроткий свет.

Как хорошо,

Что я сберег те

Все ощущенья детских лет.

Это о селе, где родился и рос он, "мальчик… желтоволосый, с голубыми

глазами".

— Ничего особенного в нашем Константинове не замечалось, — рассказывает

младшая сестра поэта Александра Александровна. — Тихое, чистое, зеленое,

посредине — церковь. В зимнюю непогоду с колокольни раздавались глухие удары

колокола — спасительный сигнал для тех, кто попал в беду.

(Я слушаю Александру Александровну и думаю: "Ах, если бы удары этого

колокола могли донестись до ленинградской гостиницы "Англетер" в ту морозную

декабрьскую ночь двадцать пятого года, когда с душой поэта там "стряслась

беда"!")

— Отец наш Александр Никитич и мать Татьяна Федоровна из-за семейных

неурядиц несколько лет жили порознь: он — в Москве, она — в Рязани. Сергея

же взял к себе в дом Федор Андреевич Титов, наш дед по материнской линии.

Начало жизни будущего поэта…

Вчитываюсь в стихи и автобиографические заметки Есенина, листаю

страницы воспоминаний родных поэта, друзей его детских и отроческих лет… И

передо мной одна за другою проходят картины прошлого русской деревни…

В полутемной горнице — смиренные, все в черном, монашки. Слепцы с

посохами в костлявых руках. То приглушенно, то отчетливее звучат духовные

стихи о прекрасном рае, о сладчайшем Исусе, о светлом госте из града

неведомого…

Субботний день. Дедушка с иконописным лицом, одетый по-праздничному,

усаживает рядом с собой внука и певучим, чуть с хрипотцой голосом произносит

первые слова священной истории…

Лес. Канавистая дорога, отороченная по краям лопухами вперемешку с

пыреем. Где-то там, за высокими деревьями, — Радо-вецкий монастырь. Бабушка

ведет малолетнего внука на поклон "перед ликом спасителя". Мальчик, держась

за ее палку, едва не падает от усталости, а бабушка приговаривает:

— Иди, иди, ягодка, бог счастье даст. Это было.

Но было и другое, перед чем меркли лампады, стихали заунывные голоса

слепцов и монашек, — свет зари в полнеба, белый дым над садами, призывный

крик коростеля да песня косарей за Окой…

"Уличная… моя жизнь была не похожа на домашнюю", — потом заметит

Есенин в одной из автобиографий. А в другой как бы добавит, что детство его

"такое же, как у всех сельских ребятишек". Скрытные набеги на помещичий сад, рыбалка, лазанье по деревьям — смотреть грачиные гнезда, скачка на лошадях,

костры в ночном среди лугов за небыстрой рекою, купание…

Исподволь открывался перед Сергеем чудесный и таинственный мир, полный

многоцветных красок и живых звуков. Удивительное попадалось на каждом шагу.

Ночью, при тихой погоде, луна стоймя стояла в воде. Когда лошади пили,

казалось, они вот-вот выпьют и луну. Сергей радовался, видя, как она вместе

с кругами отплывала от их ртов…

Сосна возле лесной дороги была похожа на старуху — согнулась и идет

себе вдоль расхлябанной колеи, не торопится…

Курчавое облако напоминало барашка, луна — хлебную ковригу, а звезды -

белокрылых ласточек…

Позже он напишет о родных местах:

О край разливов грозных

И тихих вешних сил,

Здесь по заре и звездам

Я школу проходил.

Но школой были не только заря и звезды…

2

Наверно, у каждого человека в детстве бывает своя Арина Родионовна.

Доброй спутницей маленького Сережи стала его бабушка Наталья Евтеевна,

человек добрый, ласковый. Это вокруг нее в долгие зимние вечера собирались

соседские ребятишки, о чем стихотворение внука:

Опостылеют салазки,

И садимся в два рядка

Слушать бабушкины сказки

Про Ивана-дурака.

Сестра поэта Екатерина Александровна вспоминает, что до сказок Сер ...




"Автор четырех сборников стихов, ряда работ о советских поэтах, в том числе о Я.Купале, Я.Коласе, М.
2%
"Автор четырех сборников стихов, ряда работ о советских поэтах, в том числе о Я.Купале, Я.Коласе, М.
2%