Знание-сила, 2004 № 04
3%

Читать онлайн "Знание-сила, 2004 № 04"

Автор Журнал «Знание-сила»

Знание-сила, 2004 № 04 (922)

Ежемесячный научно-популярный и научно-художественный журнал

Издается с 1926 года

«ЗНАНИЕ — СИЛА» ЖУРНАЛ, КОТОРЫЙ УМНЫЕ ЛЮДИ ЧИТАЮТ УЖЕ 79 ЛЕТ!

Александр Волков

Заметки обозревателя

В подмосковных городках и поселках самое тихое место — библиотека. Вот и в Д* порой за целый день работы в читальном зале не увидишь ни одного человека, кроме добрейшей Татьяны Михайловны, здешней хозяйки. Ветвятся комнаты, доверху заполненные книгами. Прирастает хранилище стеллажами и подшивками... Но лишь на исходе шестого часа появляется посетитель — школьник. Спрашивает «Гоголя по программе». — «Ты знаешь, Сережа, девочки из твоего класса уже приходили и все книги разобрали. Зайди завтра, я из дома принесу». — «Хорошо! А «Бригады» тоже нет?» — «Давно на руках». Дверь закрывается. В стране Просвещения снова благостный покой и безлюдие, как в какой-нибудь церквушке в разгар атеистической кампании. Я заканчиваю составление статьи, которая спрячется в середку журнала и прикорнет на одной из здешних полок.

Книжное слово все прибывает, как по весне вода в подмосковных речках. Поток информации затопляет тысячи библиотечных комнат и застывает, принимая осязаемые — печатные — формы на десятилетия, а то и века. Среди бумажных глыб проплывают читатели — поодаль редкие, но по мере приближения к столицам и крупным городам все более частые. Наконец, в десятиминутной очереди, выстроившейся возле гардероба крупной московской библиотеки, замечаешь себя. Здесь слова «информационный бум» — вовсе не пустой звук.

Древние письмена доступны нам и сегодня. Иамень и глина сохранили их на века. Время не сумело изгладить иероглифы, оставленные египетскими писцами

Темпы роста информации поразительны. Ежегодный ее прирост, по оценкам экспертов, в восемь раз превышает фонды Библиотеки Конгресса в Вашингтоне, а ведь там — 17 миллионов томов. Говоря иными словами, каждый год на планете следовало бы открывать восемь новых «Библиотек Конгресса», чтобы уместить эту печатную продукцию.

Библиотеки, в буквальном смысле слова, утопают в море новых поступлений. Время от времени начинается чистка фондов. Летом 2000 года английская публика была шокирована, когда газета «ОиакПап» сообщила об «успехе» руководителей Британской библиотеки — хранилища всей английской словесности. Оказалось, по их распоряжению, очищена «целая миля книжных полок» от хранившейся там литературы. Ее уничтожили.

Многие посчитали это решение поспешным — хотя бы потому, что темпы развития информационных технологий пока еще не отстают от темпов накопления информации. Например, появившиеся недавно голографические носители таковы, что на «дискете» размером с кредитную карточку может уместиться 3,4 терабайта информации. Если вернуться к использованному сравнению, то на шести (!) таких карточках можно записать всю Библиотеку Конгресса. Вот только случайно повредишь дискету, и миллионов томов как не бывало!

«Храните библиотеки на дискетах»? А сумеете ли вы лет через двадцать прочесть тексты сегодняшних дискет? Наш журнал уже писал об этом (см. «ЗС», 2000, № 11). Срок хранения электронных носителей мал. Бурное развитие их рынка ведет к тому, что на глазах одного поколения появляются и исчезают языки программирования, форматы записи, операционные системы.

На память о своей дипломной работе я храню несколько перфокарт. Написанное на них не прочли бы ни Шампильон, ни Кнорозов. На память о своих статьях десятилетней давности храню пару гибких дискет формата 5,25м. Это не клинописные таблички хеттов или ассирийцев, это не читается уже сегодня.

Кто-то из футурологов печально пошутил: «Слава Богу, что Господь даровал Моисею каменные скрижали с заповедями, а не какой-нибудь компакт-диск». Ведь последний недолговечнее любой книги. Однако дискеты и компакт-диски остаются главной надеждой библиотекарей всего мира. Создание электронных копий позволяет разгрузить стеллажи и облегчает поиск информации. Рано или поздно

поиск сменится отчаянием. На экране дисплея мелькнет надпись: «Недоступен диск А: нажмите ЕКГТЕК для повтора или введите другое имя диска». А? Адресат выбыл в неизвестном направлении. Навсегда.

Клинописные таблички пережили тысячелетия. А разве переживут несколько десятилетий компьютерные дискеты?

Ученые все чаше говорят о том, что наши далекие потомки могут назвать рубеж XX и XXI веков «Daek Age» — «темными веками», временем, от которого практически не останется никакой информации.

В свое время в Александрийской библиотеке погибло около 700 тысяч томов — большая часть знаний, накопленных в Средиземноморском регионе в античную эпоху. Рукописи без счета гибли и позднее. Лишь с появлением в Европе книгопечатания что-то изменилось. Конечно, бумага оказалась не прочнее папируса, войны не стихли, разграбления и разрушения городов продолжались, пожары не прекратились, но тиражи печатной продукции были значительно выше, чем манускриптов, и потому хоть малая часть книг сохранялась.

Книги что икринки. Как большинство мальков гибнут, не пережив детства, — так и книги гибнут, не пережив веков. Спасутся единицы, десятки, сотни — раритеты. Ими и «кормятся» потомки, перепечатывая их — иногда часто и обильно, иногда лишь отрывками, а то и забывая о них. Много ли современных М. Булгакову или И. Бродскому книг доживет, к примеру, до XXV века?

Лишь некоторые книги уцелеют в заводях библиотек. Однако опасность не минует их. У книг, как у рыб, бывает своя старость. В их организме происходят необратимые изменения.

Бумага, используемая для печати с середины XIX века, содержит кислоту; через несколько десятилетий она приобретает характерный коричневатый оттенок и начинает крошиться. Большинство книг, хранящихся в российских библиотеках, как и в других библиотеках мира, напечатаны на этой бумаге. Реставраторы удаляют кислоту с помощью специальной техники. Но они спасают лишь часть книг. Другие успевают прийти в негодность.

Медленное ветшание прерывают катастрофы. Только за последние 20 лет от огня пострадали три знаменитые библиотеки. Счет потерь идет на сотни тысяч экземпляров книг и рукописей.

1988 год: Библиотека Академии наук СССР в Ленинграде; 400 тысяч экземпляров; из них 188 тысяч — издания на иностранных языках XVIII — начала XX веков; уничтожена четверть уникального газетного фонда библиотеки;

1989 год: библиотека Бухарестского университета, сожженная во время свержения Н. Чаушеску; 500 тысяч экземпляров;

1993 год: Национальная библиотека Боснии и Герцеговины; около трех миллионов экземпляров.

Пока же — наперегонки с бедствиями — работают сканеры, временно спасая наши культурные ценности. Вот только что им копировать? Зачем множить по восемь «Библиотек Конгресса» в год? Еще сто лет назад — старые подшивки газет тому порукой — библиотекари сетовали, что «половина фонда в хранилищах лежит мертвым грузом». Мало что изменилось и теперь. Нередко раздаются голоса: «Надо списывать всю не пользующуюся спросом литературу». Но вот и Аристотеля или Фому Аквинского спрашивают куда меньше, чем Мураками или школьных классиков. Не губить же за это Стагирита с Аквина том? Кто решает, что дозволено оставлять потомкам, а что нет?

Библиотека - это храм мудрости. Но в наши дни подобные храмы часто пустуют

Или другой пример. Худо-бедно, во многих библиотеках мира хранятся подшивки американских, английских, французских, да уж и — мелкими горстками — российских изданий. Но если лет через триста на Земле будет доминировать африканская цивилизация, то как историки XXIV века будут изучать истоки «золотого века Черной Африки»? Кто заботится о сохранении печатной продукции Габона или Нигера? Кто хранит газеты стран третьего мира? Может статься, что их история окажется сплошными потемками — как для нас история «темных веков».

Что еще важно хранить? Специалисты сходятся во мнении, что в потоке информации нельзя терять сведения о вредном воздействии тех или иных технологий. Вот, например, размещение ядерных отходов. Хранить- то их, может, и будут с соблюдением всех мер предосторожности, но только кто лет через 50 вспомнит о том, где они хранились. Живут же люди сейчас, хоть и мучаются, на территориях, что в двадцатые годы служили местом хранения или испытания химического оружия. К сожалению, на протяжении полувека значки, изображавшие радиационную угрозу, неоднократно менялись, и потому при работе со старыми документами их не всегда можно узнать. Сам выбор символики порой неудачен. Символы пробуждают в памяти любые ассоциации, кроме нужных. Американский физик Грегори Бенсон пошутил, что наши потомки, глядя на современную карту с нанесенными на нее значками радиационной угрозы, лишь удивленно покачают головой: «Зачем им нужна была карта захоронения корабельных винтов?»

В Сараеве, в Национальной библиотеке Боснии и Герцеговины, хранилась большая коллекция арабских научных и математических манускриптов. Здесь находился также архив, проливающий свет на тайную подоплеку Первой мировой войны, начавшейся с убийства австрийского эрцгерцога в Сараеве. Возместить эту утрату нельзя.

Где прикажете вечно хранить минутную рябь слов? Для многих книг и документов создаются подземные хранилища. Но для микрофильмирования книжной продукции не везде хватает денег.

А ведь любое произведение искусства уникально. Это не закон природы, который, не доведись открыть Бойлю — открыл бы Мариотт. Редка способность зав ...




Ежемесячный научно-популярный и научно-художественный журнал
3%
Ежемесячный научно-популярный и научно-художественный журнал
3%