Эллен Грин
Лабиринты веры
© Перевод на русский язык, Павлычева М. Л. , 2018
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2019
Глава 1
Серый, в пятнах дом напомнил мне мертвую рыбу. Краска, как чешуя, облезала со старой вагонки. Побитые непогодой ставни – судя по виду, когда-то они были черными – висели на ржавых петлях под неестественным углом. Высокий, узкий, уродливый дом, построенный на вершине крутого холма. Дул сильный ветер, и на мгновение я представила, как дом отделяется от бетонного фундамента, поднимается в воздух с насиженного места и опускается точнехонько на меня.
Я стояла на первой из восемнадцати каменных ступеней, ведших к входной двери. Снова опустила взгляд на фотографию. Черно-белый полароидный снимок был зернистым, но дом изменился не сильно. Мне хотелось подойти к двери и постучать, но я колебалась. Что я скажу, если мне откроют? Было бы проще, если б кто-то открыл дверь и увидел, как я топчусь тут, – но все окна были темными, несмотря на то что солнце на западе уже опустилось за горизонт.
Я допила остывший кофе из бумажного стаканчика и поднялась по ступеням. Шторы на первом этаже были раздвинуты, поэтому я, приставив ладони к лицу, заглянула внутрь; через грязное стекло мне удалось рассмотреть лишь пустую гостиную.
– Я могу вам чем-нибудь помочь?
От неожиданности я вздрогнула.
У подножия лестницы стояла женщина. Седые волосы, выбившись из-под шарфа, развевались на ветру; руки она держала в карманах пальто.
– Э… я ищу хозяина, но, похоже, дома никого нет. Вы из местных? – Я спустилась к ней вниз.
– Да. Если вы решите ждать хозяев, вам придется запастись провизией.
Здесь сейчас никто не живет. – Ее тонкие губы раздвинулись в неуверенной улыбке. – А что вам нужно?– И давно дом пустует?
– Полгода стоит без жильцов. Я живу рядом с этим уродством, так что знаю. Давно бы надо его снести… А что? Вы хотели бы его снять?
– Нет. Я провожу исследование…
– Как? Разве очередная годовщина уже была? – Она слегка отодвинула от лица края шарфа и склонила голову набок. – А мне казалось, что до нее еще месяца два…
– Годовщина?
– Убийств. Разве вы не их исследуете?
– Нет, я…
– Сейчас дом принадлежит девелоперской компании. – Женщина пожала плечами. – Я думала, его сразу снесут, но они почему-то цепляются за него. Уже целых пять лет он мозолит мне глаза.
Пока она говорила, я потихоньку пятилась, не подозревая, что край тротуара совсем близко. Потеряла равновесие и выронила снимок. Наклонилась и подняла, но женщина успела взглянуть на него.
– Здесь этот самый дом? – Она взяла из моей руки черно-белое фото и внимательно его разглядела.
Я подумала о Клэр, женщине, которая удочерила меня, которая растила меня двадцать два года. Она всегда утверждала, что не знает, как я, завернутая в желтое одеяло, оказалась в притворе католического храма Христа Спасителя. Недель шесть от роду, говорила она. Я умоляла ее дать мне побольше информации, открыть детали, рассказать об обстоятельствах, но она уверяла меня, что ничего этого не знает.