Читать онлайн «Каменный Трон»

Автор Елизавета Дворецкая

Елизавета Дворецкая

Дракон восточного моря, кн. 3. Каменный Трон

Глава 1

Торвард конунг ошибался, когда предполагал, что бежавший из плена Бьярни со своей дружиной все еще остается на острове. О том, чтобы попытаться забрать свой корабль, Бьярни даже не думал, но покинуть остров Клионн намеревался как можно быстрее. Чтобы по-настоящему обрести свободу, выбраться из погреба было мало: пока кварги остаются на Клионне, где сейчас хозяин – Торвард конунг, они все еще в плену, только темница стала несколько просторнее.

– Остров большой, можно и в лесах пересидеть, – утешал Бьярни свою дружину, стараясь подбодрить людей. Сам он, оказавшись наконец снова на воле, чувствовал воодушевление и трудностей не боялся.  – Дичи много, прокормимся как-нибудь.

– А ловить эту дичь будем чем – руками? – хмуро отвечал Ульв.

Действительно, из всего прежнего богатства кварги теперь имели только то, что на них надето, – хорошо еще, что на их башмаки фьялли не польстились. На каждом теперь были только штаны и рубаха, даже пояса сохранили лишь те, у кого они не были украшены серебром. Ни о каком оружии, понятно, даже речи не шло.

– Придумаем что-нибудь! – Бьярни отмахивался.  – Попросим у людей. Фьялли все остались в бруге и на побережье возле своих кораблей, в глубине острова они бывают только наездами, и мы можем спокойно зайти в любую деревню. Купить хлеба нам не на что, но, может, какой-нибудь лук удастся одолжить.

– А чем заплатим?

– Тебя в рабство продадим! – Бьярни вышел из терпения.  – Ульв, возьми себя в руки! Мы на свободе, мы не сидим в погребе и не едем на рабский рынок, надо плясать от радости. А ты нудишь и ноешь, будто старуха, разбившая горшок! Главное – мы живы и на свободе, а остальное наладится как-нибудь!

Говоря это, Бьярни, должно быть, открыл в себе провидческий дар. К утру кварги ушли уже довольно далеко от бруга Айлестар, и тут им невероятно повезло: на опушке леса они наткнулись на овцу, которая паслась сама по себе, без стада и пастухов.

– Наверное, когда грабили, от стада отбилась, недоглядели, – предположил Кари Треска.  – Ну вот, мы и с пищей!

– Чем бы только ее разделать? – Ивар хёльд озадаченно почесал в затылке.  – Ножа ведь ни у кого нет? – безнадежно спросил он.

Разумеется, ножа не было: даже маленькие ножи, используемые за столом и для прочих таких надобностей, фьялли у пленников сразу отобрали.

Но раздобыть нож в населенной местности все-таки легче, чем овцу. Когда солнце поднялось, Бьярни пошел в ближайшую деревню и принес оттуда нож, выменяв его на свой собственный пояс с бронзовой пряжкой. К счастью, пряжка была подарком Элит и вышла из рук уладского кузнеца, так что ни по виду, ни по речи в Бьярни не опознали сэвейга.

.

А сэвейги здесь уже побывали: не сам Торвард, но дружина кого-то из прибившихся к нему вождей. Назвать свое имя местным жителям он не удосужился, но из деревни его люди забрали все ценное: запасы льна, лучшие шкуры, несколько серебряных изделий и шесть самых красивых молодых женщин. Большинство скота угнали, поэтому местные жители сами перебивались рыбой и дичью.

Когда, разложив костер на лесной поляне, кварги разделали овцу, поджарили мясо и наелись, жизнь стала казаться значительно веселее. После этого Бьярни и Кари сходили вдвоем в другую деревню, стоявшую на побережье и населенную рыбаками. Здесь Бьярни раньше не бывал, но о нем, новом родиче рига Миада, здесь знали. О судьбе Элит рыбаки, конечно, никаких сведений не имели, но, когда Бьярни объяснил, что должен как можно скорее попросить помощи на других островах, чтобы изгнать захватчиков, ему согласились помочь.

Пообещав в уплату шкуру той самой овцы, Бьярни договорился с рыбаками, что его вместе со всей дружиной перевезут на остров Ивленн. Предприятие было не вполне безопасным: самый далекий из пяти островов, Ивленн лежал отсюда в целом дне пути, и идти туда нужно было вдоль длинной цепочки мелких островков.

– Оно опасно, если вдруг буря или еще какая непогода, – рассуждали рыбаки, одетые только в длинные рубахи с разрезом на груди и обутые в башмаки из пестрой, черно-белой коровьей шкуры волосом наружу.  – И так у нас тем ураганом все куррахи в море смыло, госпоже Муир Мэр, стало быть, они понадобились. Только-только мы новые справили, а если с этими что случится, то новых нам уж взять негде – коров-то из Кеан-Клоха, слышь, лохланнцы угнали, нету больше шкур-то…

– Когда мы их прогоним, я вас отблагодарю, – только и мог пообещать Бьярни. Кроме обещаний, хоть и самых искренних, ему сейчас было нечего предложить.

Путь, вопреки надеждам, занял целых три дня – море волновалось, дул встречный ветер, и кварги, усердно налегавшие на весла, едва помнили себя от страха – уладские куррахи казались им слишком хлипкими, ненадежными и неустойчивыми. Один из них действительно перевернулся – хорошо, что до берега было недалеко, так что никто не утонул и даже сам куррах его хозяин сумел довести до скалистого островка. На этом островке и заночевали в первый раз – развели огонь, чтобы обогреться и обсушиться, доели остатки овцы. Правда, за ночь порядком продрогли: на островке не росли деревья, лишь какой-то кустарник, а набранный у берега древесный мусор, принесенный волнами, пришлось беречь на утро, чтобы приготовить еду. На ночь хозяева куррахов забросили в море сети и утром сварили рыбную похлебку в помятых медных котелках.

И вот под вечер третьего дня впереди наконец показались сперва вершины гор, а потом и зеленые равнины острова Ивленн. Бьярни знал, что правят здесь родные братья, сыновья прежней королевы Айлен – Фиаха и Фиахна. С ригом Миадом они состояли в родстве, хотя и несколько условном: сестра их матери была одной из жен знаменитого Форгала Быстрооружного, но давно умерла, и потомства этот брак не оставил. Тем не менее Бьярни надеялся, что братья-короли не откажут острову Клионн в помощи против захватчиков. Ведь мало кто сомневался, что фьялли, покинув Клионн, доберутся и сюда – уж их-то огромным морским кораблям ветер и волны не служили препятствием. А если не в этот год, то уж наверняка на следующий. Ведь легкие победы над островами наверняка и на будущий год вызовут в конунге фьяллей жажду добычи и славы ...