Читать онлайн «Не ждали...»

Автор Виктор Мережко

Виктор Мережко

Не ждали…

Не ждали…

К ночи дождь усилился и хлестал с такой дурью, будто желал вылить всю мокрую злость на притихший город. Постанывали крыши, пугающе бились ветки, лишенные к осени листьев, булькала расквашенная земля. Егор Баринов, молодой человек слегка за тридцать, добрел наконец до нужного дома, через забор увидел светящиеся окна на обоих этажах, в некотором волнении кашлянул в кулак, поправил котомку на плече, толкнул калитку. Она была заперта.

Егор огляделся, прошелся ладонью по коротко стриженной мокрой голове, просунул пальцы в узкую щель к задвижке, попытался отодвинуть ее – не получилось.

Егор двинулся вдоль забора, нашел выступ, на который можно было забраться, легко вскочил на него, подтянулся, перекинул было ногу, чтоб спрыгнуть вниз, и тут услышал шум подъезжающего автомобиля.

По забору полоснули лучи фар.

Егор быстро вернулся на исходную, прижался к забору и стал ждать.

Недалеко от ворот притормозил крутой внедорожник, из него никто не выходил. Горели только габаритки. Сидевший за рулем молодой, модно подстриженный, в добротном светлом костюме господин придержал девицу, собиравшуюся покинуть автомобиль, и подставил щеку:

– А чмокнуть?

– Хватит, ладно? – огрызнулась девушка.

– Маринка, обижусь.

– Отвали, сказала.

– Киска, в чем дело?

– Ни в чем… Надоел.

– Ты это серьезно?

– Я всегда серьезно.

– Послушай, дорогая, ты все время злая, раздраженная. Я что-то не так делаю?

– Липницкий, ты все делаешь так. Только мне это не нужно. Надоело быть потаскушкой на побегушках. Давай, крути педали!. . Или хочешь, чтоб отец засек?

– Нет, – засмеялся Виктор, – вот этого я как раз не хочу.

– Вот и молодец. Вот на все и ответил. Салют!

Марина спрыгнула на мокрую землю, с силой захлопнула дверцу, зашагала к калитке. Егор видел, как она скрылась во дворе, дождался, когда укатит внедорожник, направился к незакрытой калитке. Вошел во двор, огляделся, прислушался: нет ли собаки; двинулся в сторону веранды мощного деревянного особняка и вдруг услышал.

– Эй, ты куда?

Егор оглянулся на окрик. Марину, сидевшую под забором на мокрой скамейке, он увидел не сразу.

– Куда сандали направил, мужик?

Баринов подошел поближе, улыбнулся:

– Озяб, хочу согреться.

– По-твоему, тут приют бездомных?

– Рассчитываю на добрых людей.

– Нашел на кого рассчитывать!

– Хотя бы чайку.

– Не уверена, но попробуем.  – Марина поднялась, отряхнула промокшее платье.  – Двигай за мной.

Они поднялись по дощатым ступенькам, прошли по веранде, Марина ударила кулаком по крепкой двери.

– Марина, ты, что ли? – послышался густой мужской голос.

– Ну я… Причем не одна.

– С кем?

– Не знаю.

Дверь открылась, на пороге возник крупный высокий мужчина за пятьдесят, нервный, нагруженный постоянной внутренней проблемой. Спросил с мрачной раздражительностью:

– Кто это?

– Незваный гость, – кашлянув, ответил Егор.

Хозяин дома посмотрел на сбрасывающую мокрую обувь Марину.

– Что за фокусы, Марина?. . Кого ты привела?

– Без понятия. Человек промок, хочет попить чаю, – отмахнулась она и пошла в глубь дома.

Хозяин шагнул к Баринову, подтолкнул к выходу:

– Давай, парень, гуляй. В другом месте согреешься.  – И попытался закрыть дверь.

Егор подставил ногу.

– Мужик, ты чего?. . Я правда замерз.

– В гостинице согреешься.

– Как собаку, гонишь!

– А ты собака и есть. Приблудная причем.  – Мужчина резко оттолкнул ночного гостя, попробовал захлопнуть дверь.  – Пошел вон.

Завязалась короткая и жесткая потасовка, хозяин выталкивал гостя, а тот зло и как-то весело упирался, пытаясь проникнуть внутрь.

Из глубины дома выбежала немолодая женщина, встревоженно спросила:

– Дима, с кем это ты?

– Да вот, черти принесли! – с натугой крикнул хозяин.  – Дочка постаралась!

– А кто это?

– Чаю захотелось попить!

– Так дай человеку.

– Откуда ты знаешь, кто это такой? Звони в полицию, там и угостят, и разберутся. Марина, набирай ментуру, дрянь!

Дверь захлопнулась, хозяин бегло перекрестился:

– Прости, Господи.

Егор потоптался на веранде в беспомощной злости, хотел было снова двинуть кулаком по двери, но передумал, почти на ощупь пробрался в конец веранды, нашел здесь лавку, тяжело опустился на нее.

Дождь не унимался. Егор дрожал от холода. В слякотной темноте просматривалось крепкое здешнее хозяйство: просторный двор, могучие бревна, из которых был сложен дом, в дальнем углу чернела крепкая хозяйственная пристройка.

Приоткрылась дверь, на веранде в яркой полосе света показалась Марина.

– Вроде нету… Ушел, наверное.

– А на веранде? – послышался голос отца.

– Сейчас гляну.

Марина гулко протопала по веранде, после яркого света в доме не совсем ориентируясь в темноте, натолкнулась на сидящего Баринова, от неожиданности тихо вскрикнула и тут же приложила палец к губам.

– Ну, чего там? – вновь нетерпеливо крикнул отец.

– Никого нет! – неуверенно ответила Марина.  – Ушел.

– Иди в дом, завтра рано вставать!

– Уже иду.  – Марина присела на корточки, быстро прошептала: – Дуй в сарай, там сухо… Видишь, в конце двора? Отец уснет, принесу чего-нибудь пожевать.  – Она интригующе засмеялась, погрозила: – Только не усни.  – И, свойски подмигнув, заспешила в дом.

На пороге оглянулась, махнула рукой и исчезла.

В просторной пристройке Баринов хоть и на ощупь, но уверенно миновал несколько отсеков, заваленных дровами, прочей дребеденью, чертыхнулся, наступив на что-то железное и гремящее, приостановился, потом двинулся дальше. В небольшом закутке шарахнулась какая-то животина, и тут же оттуда донеслось короткое козье блеяние.

– Напугал, чертяка, – нервно засмеялся Егор.

Подходящее место он нашел у дальнего окошка. Проверил на прочность низенький топчан, нашел под ним свернутое кругляшом ватное одеяло, застелил его, после чего нашел пахнущее прелостью покрывало, натянул на себя и завалился на лежак. Какое-то время он еще дрожал, но как только согрелся, тут же провалился в сон и вскинулся, когда на топчан грузновато и бесцеремонно кто-то уселся.

С трудом разлепил глаза, увидел рядом лицо дочки хозяина.

– Соня, – потрепала она его по щеке.

.  – Мы о чем договаривались?

– О чем? – приподнялся Егор.

– Не спать.

Марина чиркнула зажигалкой, поднесла ее к свечке, и по стенам поплыли неровные мягкие тени.

– Не надо, увидят, – попробовал загасить свечку Баринов.

– Не увидят. Их окна выходят на другую сторону.

Марина ловко разложила на каком-то ящике пластиковые тарелки с колбасой и сыром, налила в такой же пластиковый стакан горячий ароматный чай. Уселась рядом, потерла озябшие ладошки.

– Вот, угощайся.

– Такая добрая?

– Такая жалостливая. Не собака все ж.

– Уверена?

– С виду.

Егор взял стакан с чаем, с удовольствием сделал пару глотков. Марина с интересом наблюдала за ним. За перегородкой снова послышалось негромкое блеяние козы.

– Отец коз разводит? – спросил Баринов.

– Да нет, – засмеялась Марина.  – Отец бабки разводит. А коза… Придурь у него такая. Каждое утро по два стакана молока. Говорит, для здоровья.

– Молодец, отец. Бережет здоровье.

– Ну да, – хмыкнула Марина.  – Неделю бережет, за выходные в кабаке с дружками все спускает. И опять за молоко.

Егор отставил чай, взял ломтик сыра.

– Зовут тебя как? – спросила Марина.

– Егор.

– А чего ты, Егор, вдруг ночью к нам нагрянул?

Баринов помолчал, неопределенно пожал плечами:

– Заблудился.

– Я серьезно.

Егор дожевал один бутерброд, взялся за второй.

– Кто сейчас живет в доме?

– Мы живем. Зайцевы… А тебе зачем?

– Фамилию Баринов когда-нибудь слыхала?

– Ну, вроде слыхала… Артист такой. Лысый.

– Я хоть и не артист, но тоже Баринов. Отец никогда не упоминал эту фамилию? Он должен знать, кто такой Баринов.

– Утром спрошу.

– Спросишь, расскажешь. А сейчас давай.  – Егор легонько подтолкнул Марину.  – Отец кинется, вломит по полной.

– Спокойно, – остановила она его.  – Я девушка заводная, просто так не отстану.

– Сильно заводная?

– Смотря кто как заведет. Ты завел.

– О-о?

– Ага. Выкладывай и не темни. Кто такой Баринов?

– Баринов – это я, – улыбнулся Егор.

– Ну, и почему отец должен знать твою персону?

– Почему должен знать?. . Потому что моя персона когда-то проживала в этом доме.

– Иди ты?!

– Клянусь.

– А сейчас где проживаешь?

– Нигде. Потому и завернул на огонек.

Марина какое-то время с недоверием смотрела на ночного гостя, наконец мотнула головой:

– Мужик… По-моему, ты тоже артист. И еще какой!Может, хватит мозги парить? Чего тут нужно?Заглянул на чай, остался на всю жизнь?

– Посмотрим. Может и такое случиться.

– Тонкий намек?

– С толстыми намерениями. А можно вопрос?

– Приличный?

– Вполне. Картины в доме все еще висят?

– На всех стенах. Отец говорит, старинные. Дико дорогие… А тебе зачем?

– Грабануть хочу.

– Трепло, – засмеялась Марина.  – Как ты грабанешь, если они застрахованы?. . Отец чуть ли не каждое утро пересчитывает. Совсем трёхнулся на них.

Неожиданно в ночи послышался встревоженный женский голос:

– Маринка, ты где?. . Марин-а-а!

– Блин, мать, – прошептала Марина, задула свечу и поспешно поднялась.  – Ладно, завтра поговорим.

– Марина! – продолжала звать мать.  – Ты где?

– Наташа, где она? – пробубнил мужской голос.  – Опять куда-то майнула?

– Да здесь я, здесь! – крикнула Марина, пробираясь к выходу.  – Иду, чего всполошились?

– А чего ты там?

– Козу кормила. Может, хватит?За каждым шагом следите. Достали…

Баринов какое-то время послушал невнятное бормотание во дворе, прилег на топчан и тут же провалился в вязкий и непробудный сон.

Дождь не прекращался. Хлопали ставни, били по стеклам ветки, порывы ветра пригоршнями кидали воду на стены.

Зайцев сидел в темноте посередине просторной гостиной, неотрывно и с нарастающим страхом смотрел на старинные картины, развешанные по стенам. Картины таинственно поблескивали, играли черными переливами, пугающе вздрагивали от грохота дождя. Дмитрий Олегович переводил взгляд с одной рамы на другую, изображение на холстах просматривалось нечетко – лишь тени и пугающий полумрак.

На лестнице послышались шаги. ...