Читать онлайн «Воспоминания. Повесть о сестре»

Автор Михаил Осоргин

Осоргин Михаил Андреевич

Повесть о сестре

Осоргин М. А. Сивцев Вражек: Роман. Повесть. Рассказы. Сост. , предисл. и коммент. О. Ю. Авдеевой.  — М. : Моск. рабочий, 1990. - (Литературная летопись Москвы).

Печатается по первому и единственному книжному изданию — Париж, изд. "Современные записки", 1931.

В 1928 г. в "Последних новостях" (15–16 дек. , № 2824–2825) были опубликованы воспоминания Осоргина о его сестре Ольге Андреевне Ильиной-Разевиг — прототипе героини "Повести о сестре". Отдельные главы повести публиковались в "Последних новостях", 1929, 31 марта. № 2930; 1 окт. , № 1929; 7 дек. , № 3181. Полностью повесть была опубликована в журнале "Современные записки", Париж, 1930, № 42–43.

Превращение Анны Иванны

— Катя, ты что там делаешь?

— Ах, мамочка, мне некогда, я рождаю сына.

Мать сквозь смех старается быть серьезной и строгой:

— Иди сюда, раз я тебя зову. Успеешь наиграться.

Катя вбегает с куклой и большими ножницами.

У куклы настоящие волосы, но неровно обрезаны и торчат клочьями. Одна рука куклы беспомощно болтается на нитке.

— Что ты делала?

— Мамочка, я ее стригла, потому что я, мамочка, больше не хочу дочери. У меня дочерей много, и с ними большая возня, а это будет сын, и его уже зовут Сережей.

— Ты ей обрезала волосы, такие хорошие косы?

— Мамочка, нельзя же у сына косы! И мне еще нужно пришить руку на случай сраженья. Он у меня очень смелый и всех колотит.

— Ну, Катюк, как хочешь, а, по-моему, жалко такие волосы.

— Мне тоже, мамочка, было жалко, но знаешь, ради детей…

— Ну хорошо, иди играй.

Мать идет в соседнюю комнату, вынимает из кроватки худого младенца, братишку Кати, смотрит, не мокрый ли, осторожно целует и кормит. Он сегодня здоров и покоен, совсем не пищит. В кресле дремлется от теплоты ребенка и щекота его губ и ручек. Потом она его укладывает снова, а возвращаясь мимо детской, видит Катюшу, которая бродит по комнате с куклой у груди, притворяясь сонной и усталой. Пошатываясь, Катюша бормочет про себя:

— Когда ты уснешь, ну когда ты уснешь, Сережа, это прямо невозможно! Ты все ешь, все ешь, всю меня съел, и все-таки не спишь. Я совершенно потеряла ноги.

Мать смеется: "До чего Катюша все перенимает! С нею нужно быть осторожной".

Сережа укладывается в большую коробку, где уже спят, держа руки прямо и вытаращив глаза, остальные куклы. Чтобы не разбудить их, Катя говорит сама с собой шепотом и грозит кому-то пальцем. Затем, отойдя от коробки на цыпочках, она задумчиво останавливается посреди комнаты.

Интересно слушать тишину. С улицы ничего не доносится, потому что зима, снег, да и улица тихая. Совсем тихо и в доме. На копчиках носков, так, чтобы башмачок не скрипнул, Катя крадется через комнату к двери, потом в соседнюю комнату, где спит братишка.

Вход сюда без мамы, собственно, воспрещен, но на цыпочках можно ходить повсюду. Для равновесия раскинув руки, она добирается до детской кроватки и смотрит, затаив дыхание, на затененную щечку и примятый нос брата. Смотрит с удивлением и нежностью. Ей хотелось бы потрогать брата, чтобы убедиться, что он настоящий, а не кукла; но этого нельзя, — он может проснуться и заплакать.