Андрей Горин
Шаровая молния
Глава 1. О бедном попаданце замолвите слово…
Это правдивая, а может, и не очень, книга про попаданцев. Слишком много о них в последнее время говорят и пишут. Но вроде как никто их не видел. Согласитесь странно. Настала пора разобраться с этим вопросом.
Итак. Где же они. Не будем углубляться в предания старины глубокой, обратимся к более поздним временам. Например, первая половина XX века и начало века нынешнего. Именно попаданцы в этот период времени нас и интересуют. Попутно попытаемся разобраться, почему в нашей реальной жизни эти самые засранцы-попаданцы до сих пор не стали королями жизни, а прячутся где-то в тени.
Более-менее достоверными можно считать сведения начиная со Средних веков, когда люди стали записывать события, излагая их на бумаге, или что там у них было, более системно, и стараясь придерживаться фактов.
Большинство попаданцев представляли собой зрелище жалкое и никчёмное. Трудно их в этом винить. Любой растеряется, оказавшись в такой стрессовой ситуации. И поэтому большинство из них бездарно палились, заявляя о своём статусе гостей из будущего. Придурки не понимали, что одним фактом своего существования и странными речами они вносят смуту в умы окружающих их людей. Что вряд ли могло обрадовать власть имущих и обладающую огромным влиянием церковь. Одни эти странные разговоры про демократию и права человека могли вывести из себя кого угодно. А ещё эти странные фразы про собаку – друга человека, когда каждый знает, что лучшим другом гражданина является управдом. Стоп.
Это кажется уже из другой оперы.Вернёмся к нашим баранам. То есть простите, попаданцам. Простите ещё раз, конечно, не имел в виду, что всё они бараны, хотя большинство из них возможно и заслуживает столь сурово оценки. В конце концов, хорошего человека попаданцем не назовут.
Как бы то ни было, а власть имущим очень не нравились эти странные людишки, однако скрывать их существование было весьма затруднительно. Нужно было найти какой-нибудь способ, чтобы их странные речи воспринимались окружающими, как вещь совершенно невозможная, и не сбивали с толку порядочных людей. И такой способ нашёлся.
Жил-был француз Жан-Жак Руссо. А может, и не француз и, скорее всего, не старина Жан-Жак. Да точно. Звали этого хмыря Евгением Блейлером, по национальности был он швейцарским подданным, а по профессии психиатром. Именно его и наняли власть имущие в лице Ордена Массонов, для прикрытия своих тёмных делишек.
И вот наш, а точнее, их Женя, недолго думая придумал такую хрень, как разделение функций между личностью, мышлением, памятью и восприятием. Было это дело в тысяча девятьсот мохнатом году от Рождества Христова. И ведь слово-то какое хитрое придумал сволочь – Шизофрения. Звучит непонятно и загадочно.
И всё это было придумано, чтобы сделать некоторые группы людей бесправными и иметь возможность изолировать их от общества. Может возникнуть впечатление, что шизофреники и есть попаданцы, но на самом деле это не так. Просто удобная форма заклеймения, а вот внутри этой группы психически больных людей оказалось очень удобно прятать небольшую группу, которая составляла около 5% процентов от людей с диагнозом шизофрения, и диагноз у них был несколько другой. Если по-простому, по простонародному, то – раздвоение личности. А если говорить в терминах господ психиатров, которые в большинстве случаев сами мало чем отличаются от своих пациентов, то звучало это примерно так: расстройство множественной личности или диссоциативное расстройство. При нём человек ведёт себя так, будто в нём живёт несколько личностей (эго-состояние).