Югославская война

Annotation

Эта книга написана человеком, руки которого больше привыкли к автомату, чем к перу или пишущей машинке. Она о войне в Югославии, в результате которой Югославии не стало. Читая эту книгу, невозможно отделаться от ощущения «дежа вю», все это было и у нас в стране — и взбесившиеся националисты в республиках, и беспомощная армия, и предательство на самых высоких этажах государственной власти, и не по разуму усердные патриоты, и правозащитники, чье усердие оплачивали иностранные спецслужбы... Да, все это было.

Олег Валецкий

Предисловие

Словения и паралич военной системы Югославии

Начало гражданской войны в Хорватии. Исторические предпосылки. Идеология и политика. Первые межнациональные столкновения. Стратегия ЮНА.

Военная организация ЮНА и опыт войны.Осада казарм ЮНА в Хорватии.

Создание хорватских вооруженных сил. идеи, организация,тактика сил специального назначения сторон. городская война.

Опыт использования артиллерии и бронетанковой техники в боевых действиях в Хорватии

Операция по взятию Вуковара.Военная организация сербской стороны.Тактика действий в городе.

Итоги операций в Вуковаре и вокруг него. Опыт городской войны

Опыт инженерного и тылового обеспечения войны в Хорватии

Военная полиция. Спецоперации.

Начало войны в Боснии и Герцеговине. Исламский фактор.

Начало войны в Боснии и Герцеговине. Положение ЮНА,ее тактика и стратегия

Поражение ЮНА в Сараево. Уход ЮНА из Боснии и Герцеговины

Создание вооруженных сил Республики Сербской.Сараево-ключ войны. Бои за Сараево. Соотношение сил сторон.

Боевые действия в Восточной Боснии (в Подринье) и в Герцеговине

Влияние политики на фронте. Тактика пехотных действий сербской стороны

Ударные отряды.

Боевые действия на сараевском фронте. Позиционная война. Падение Сребреницы

Захваты сербами заложниками «миротворцев». Авиаудары НАТО

Поражение сербской стороны в Республике Сербской Краине-политические и военные причины

Хорватские вооруженные силы. Теории НАТО в практике

Мусульманские вооруженные силы. Движение муджахеддинов

Олег Валецкий

Югославская война

Автор этой книги Олег Валецкий родился в 1968 году в СССР. Украинец. Участвовал в боевых действиях в период войны в Югославии девяностых годов: в Боснии и Герцеговине (Войско Республики Сербской) в 1993-95, в Косово и Метохии (Войско Югославии) в 1999, в Македонии (ВС Македонии) в 2001. Имеет четыре боевых ранения. Место жительства — Сербское Сараево (Босния и Герцеговина). Работал с 1996 года по 2003 в организациях занимающимися разминированием. Автор статей по теории и практике боевых действий в бывшей Югославии, а также по вопросам инженерных боеприпасов.

Предисловие

Конец XX века ознаменован кровопролитными войнами во всем мире, но особняком стоят ряд вооруженных конфликтов на территориях СССР и Югославии, ибо они оказали прямое и весьма значительное влияние на всю мировую политику. Нельзя, конечно, соблюсти полную тождественность в оценках этих событий, да и по масштабам и по продолжительности эти конфликты были неодинаковы. К тому же сербы и русские — два непосредственных участника этих событий — отнюдь не одинаковы, а во многих вещах противоположны друг другу. Но все же, много общего в их судьбах, как в прошлом, сначала православном, потом в коммунистическом, так и в «демократическом» настоящем, сопровождающихся большими внутренними и внешними потрясениями.

Разумеется, так как данная работа занимается военной тематикой, историю и политику я затрагивать без крайней необходимости не буду, тем более, что доныне написано много разнообразных теорий о том, какое общество надо строить, но редко когда можно услышать, как же это общество построить. Война же — единственный путь к изменению государственного строя, и вне зависимости от чьих-то желаний она является неотъемлемой спутницей всякой политики, тем более, когда та направлена на коренные и всеобщие перемены. За перемены надо платить, и бессмысленно осуждать войну, а вместе с этим одобрять изменение, общественного строя. Это не означает, что следует увековечить тот или иной строй, да и к тому же большинство людей не могло влиять на политику, и вряд ли ею интересовалось.

Тем не менее, ныне многие из них поставлены перед фактом того, что еще десяток лет назад казалось фантастикой и историей — перед гражданской войной. Такая война возникает не только из-за того, что кто-то ее планомерно подготавливает, а из-за того, что само общество настолько расшатывает устои государства, что мощный государственный аппарат оказывается бессильным перед многочисленными личными и, общественными амбициями и заговорами. Это совершенно объективный процесс, определяемый общественной психологией, а в конце концов и идеологией, за которой всегда стоит религия, и бессмысленно поэтому осуждать само военное дело, как занятие варварское. Наоборот, военное дело — занятие благородное, ибо те, кто им занимается, берут на себя обязанность вывода общества оттуда, куда само оно было заведено своими политическими вождями.

Обычная глупость утверждение, что, мол, ныне война ничего не решает — наоборот, она ныне решает, как и всю историю, очень многое, только вот большую роль играют не масштаб побед, а их сроки, и прежде всего, их форма.

Военное дело зависит не от одних высших военачальников, но и от рядовых бойцов, от того, насколько ими были приложены усилия для достижения победы, как в личном, так и в общем плане.

События в бывшем СССР и в бывшей Югославии характерны здесь тем, что в этих внутренних вооруженных конфликтах стали решаться внешнеполитические проблемы всего мира. Именно они, а не «звездные войны» будут решать ключевые моменты мировой политики и в XXI веке.

Неважно, что боевые действия в них ведутся во многом лишь на тактическом плане.Современная стратегия имеет куда более скрытый и изощренный вид, чем раньше. В современных войнах, как это не покажется парадоксальным, победы определяются идей, точнее, ее силой; и без сомнения, сильнее религии идеи не бывает, да и любая идея в политике, так или иначе, имеет религиозные корни. В то же время, эти идеи опираются на вполне земное общество, и видится, что национализм здесь достаточно крепкая опора для ведения войны. В этом плане бывшая Югославия представляет куда более характерный пример, в отличие от бывшего СССР, ибо в первой национализм играл одну из главных ролей у всех противоборствующих сторон, тогда как во втором «национальные» войны велись лишь на местном уровне, и судьбу всего государства они не решали. Советская армия национальной не была, и русские интересы ею прямо не защищались ни в Закавказье, ни в Средней Азии, ни в Приднестровье, ибо везде советская, а позднее российская армия играли роль миротворцев. Тем не менее, в военных верхах советско-российских вооруженных сил национальный вопрос должным образом не учитывался, а о религии и говорить не приходится. Хотя в это же время в Таджикистане, откуда погромами было выгнано большинство русских, а на российскую армию стали уже нападать отряды исламских фанатиков, собранные в основном, из вчерашних советских граждан, а нередко и из членов коммунистической организации, вместо трезвой оценки происшедшего последовали «бравады» и как итог, последовала Чечня 1994-96 годов и мучительное взятие Грозного. Одновременно с подобным духовным застоем непрерывно падало качество военного дела, которое было лишено, в общем, теоретического изучения практических примеров.

Это, вообще-то, было традицией Советской Армии, неизвестно от кого скрывавшей боевой опыт Кореи, Вьетнама, Анголы, Эфиопии, а главное, Афганистана, при параноидальной шпиономании, невиданной во всей российской истории. Не стоит приводить бессмысленные противоречия между самонадеянными заявлениями и катастрофическими результатами. Все это следствие не чьих-то личных ошибок, а ошибочности самой общей постановки военного дела в СССР, в его основополагающих принципах. Конечно, на низовом уровне Советская Армия немалого достигла, да и в научной сфере были большие достижения, но из-за ошибочности в духе все эти достижения использованы были плохо.

Военное дело ведь важно не само по себе, но как обеспечение безопасности государствам, и тут следует думать не на ход, а, как минимум, на два-три хода вперед, а то и на всю партию. Никакие самые решительные и даже жестокие приказы дела не спасут сами по себе, а скорее всего лишь усугубят катастрофу при общей ошибочности в военном деле.

Но пример Советской Армии недостаточно показателен, ибо политика была направлена на ее пассивное поведение, вне зависимости от обстановки на местности. Конечно, бои случались тяжелые, но сами поставленные задачи, особенно после распада СССР, заключались главным образом в охране объектов и в так называемом миротворчестве. Были, конечно, потом исключения, главным образом, в Чечне и Таджикистане, но опять-таки сам размах боевых действий и политические цели ими решаемые, были довольно-таки ограниченны, как, впрочем, и количество информации о них.

В бывшей Югославии дело обстояло по-иному. Это не значит улучшения в качестве. Углубляться в этот вопрос — дело неблагодарное, но очевидный факт заключается в увеличении масштабов боевых действий, в которых решалась судьба не только всего государства, но и почти всех народов в нем. Вместе с тем ЮНА во многом была схожа с Советской Армией, и хотя, несомненно, уступала ей в теории, все же на практике смогла более наглядно проверить некоторые теоретические положения советской военной науки, как впрочем, и мировой военной науки. К тому же сербы, несмотря на свои многочисленные недостатк ...