Книги вам точно понравятся
Книгогид это:
  • Доступ к тысячам книг
  • Персональные рекомендации
  • Рецензии пользователей
  • Авторские полки
больше не показывать
Михаил Ланцов «Безумный Макс. Ротмистр Империи»

Читать онлайн «Безумный Макс. Ротмистр Империи»

Автор Михаил Ланцов

<p>Михаил Ланцов</p> <p>Безумный Макс. Ротмистр Империи</p>

В оформлении переплета использована иллюстрация художника И. Варавина

© Ланцов М.А., 2018

© ООО «Издательство «Яуза», 2018

© ООО «Издательство «Эксмо», 2018

<p>Предыстория</p>

Наш современник увлекался военно-исторической реконструкцией Первой Мировой войны. Но на одном из выездов случилось непредвиденное происшествие. Он нажрался до изумления и заснул ряженным в форму поручика Русской Императорской армии. А когда очнулся, то оказался прямиком в Восточной Пруссии образца 26 августа 1914 года. И вокруг рвались снаряды.

Но Максим не растерялся. Приняв командование над разбегающимися солдатами Императора, он начал действовать. Его летучий отряд, собранный с миру по нитке, прокатился на трофейных грузовиках в германских тылах, создав им чрезвычайные сложности. Апогеем же этого променада стал захват в плен командующего 8-й армией Пауля фон Гинденбурга и его начальника штаба – Эриха Людендорфа. Что в корне изменило узор военной операции в Восточной Пруссии, серьезно изменив ход войны.

Изначально уходить к своим Максим не планировал. Да и зачем? Ни документов, ни знакомых, ни родных. По местным законам он самовольно присвоил себе офицерский чин. И его ждет не слава, а трибунал. Однако обстоятельства так сложились, что его, раненного, вывезли в местный госпиталь.

Несмотря на изначально очень негативные ожидания, вокруг Максима в Российской Империи началась здоровая шумиха. Не без участия известного скандалиста Гучкова и части генералитета. Обстоятельства геройств Максима позволили свалить военного министра Сухомлинова, обвинив в некомпетентности, отдав под суд и выставив козлом отпущения. А Максим, на волне этих великосветских разборок, стал героем. Его перевели в элитный госпиталь в Царском Селе, а потом осыпали наградами.

Нашлись даже родственнички. Ротмистр Сумского гусарского полка светлейший князь Иван Николаевич Меншиков-Корейша признал в Максиме своего незаконнорожденного сына. Этот отчаянный мот, бабник и гуляка умудрился заделать ребеночка Елене Григорьевне Строгановой, внучке Императора Николая I.

Бред, конечно. Дивный. Но на руках у Ивана Николаевича имелась фотография сгинувшего бастарда, имевшего определенные сходства с Максимом. Не так чтобы один в один, но с натяжкой можно было узнать. Тем более что фотокарточка датировалась не 1914-м, а минимум 1907 годом. Так что наш герой, усиленно симулирующий частичную амнезию, не стал отказываться от подарка судьбы. Тем более что Меншиков-Корейша и сам верил в свою версию, уцепившись за возможность обрести законного наследника. Да еще такого лихого.

Однако Максим не был бы собой, если бы не вляпался в очень острую историю. Во время пребывания в госпитале, будучи еще безвестным поручиком, он умудрился соблазнить Татьяну Николаевну – дочь Императора. В те дни она вместе с мамой и старшей сестрой трудилась там простой сестрой милосердия. Максим не знал, кто она, а женщину хотелось. Вот и проявил лучшие гусарские качества, овладев ею прямо в госпитальной подсобке к обоюдному удовольствию. И все бы хорошо, но попадание случилось с первого выстрела – девушка умудрилась забеременеть, из-за чего парень вляпался в чрезвычайные неприятности с Августейшей фамилией…

Первая Мировая война тем временем продолжалась, исказившись в этой реальности до неузнаваемости. Действия крохотного отряда Максима сломали немцам всю партию.

Армия Ренненкампфа отрезала Кенигсберг от соединений 8-й германской армии, не допуская заполнения укреплений войсками. А устоявшая и выжившая армия Самсонова контратакой вынудила отступить противника на северо-запад. Больше отступать немцам было некуда. Однако это было уже агонией. Ведь после взрыва мостов через Вислу в Дирхау они оказались загнаны в угол и лишены всякого снабжения, что довершило разгром. Дезорганизованные части 8-й армии капитулировали.

Войска Северо-Западного фронта, развивая успех, не только полностью оккупировали Восточную Пруссию, осадив Кенигсберг, но и, форсировав Вислу, вышли к Одеру в нижнем его течении. Этот маневр вынудил германские войска в Познани отойти за Одер, опасаясь окружения. Что, в свою очередь, оголило северный фланг Австро-Венгерской армии. Однако Юго-Западный фронт воспользоваться этим преимуществом не смог. В полной мере, во всяком случае. Войска Австро-Венгрии смогли остановить русских на карпатских перевалах. Очистив перед этим всю территорию королевства Галиция и Лодомерия, но удержав позиции в горах.

Восточный фронт стабилизировался по причине истощения сил у всех его участников. Сербия на юге держалась крепко и стойко, что было несложно. У Вены просто не имелось сил для наступления на Белград, ведь в ходе битвы в Галиции треть личного состава ее армии оказалась уничтожена или пленена. Из числа тех, что удалось мобилизовать к тому моменту. Но все же. Так что в Сербии было тепло, сухо и мухи никого не кусали.

Западный же фронт в 1914 году стал настоящим полем чудес.

Сначала немцы разгромили в пух и прах английские и французские армии, едва не взяв Париж. А потом, вынужденные остановиться из-за трагедии в Восточной Пруссии, едва избежали окружения сразу трех армий.

Это было даже не отступление, а энергичное бегство с потерей массы тяжелого вооружения и многочисленного обозного хозяйства. Хоть как-то стабилизировать фронт удалось только по Рейну. Здесь оборону заняли резервные части, спешно поставленные под ружье. Что позволило стряхнуть французов и англичан с плеч германских войск. Да и измотались те уже. Форсировать столь значимую водную преграду с ходу не смогли.

Таким образом, для Германии кампания 1914 года закончилась полным провалом плана Шлиффена и потерей своих территорий как на Западе, так и на Востоке. Особенно болезненным ударом оказалась потеря Восточной и Западной Пруссии с Померанией, славных обширными сельскохозяйственными угодьями. Этакой житницей 2-го Рейха.

Но главное – это чудовищные, просто невероятные потери! Генеральные штабы всех стран-участниц смотрели на кампанию 1915 года с тоской. Оно и понятно – динамика, масштаб и напряженность действий привели к тому, что потери в этом варианте истории вдвое превысили то, что было бы без вмешательства Максима.

Это печальное обстоятельство заставило обе коалиции начать энергичный поиск союзников, пользуясь зимним затишьем. Впрочем, продержалось оно недолго. Уже в первых числах февраля Германия, пользуясь бардаком в управлении Северо-Западным фронтом, предприняла силами двух армий наступление в районе Познани.

Генерал от кавалерии Яков Григорьевич Жилинский, виновный во всем этом разладе, не сумел сделать ничего лучше, как подать в отставку «по состоянию здоровья». Видимо, поняв масштаб катастрофы. Ее не только приняли, что само по себе было не очень умно. Главнокомандующий Великий князь Николай Николаевич младший пошел дальше и глубже в своих стратегических изысканиях. Он не придумал ничего лучше, чем поставить во главе фронта генерала Рузского, перебросив его с Юго-Западного. То есть человека, который не владел обстановкой на участке от слова вообще.

Пока шли эти перестановки, прием и передача дел, германцы старательно зажимали с флангов армию генерала Самсонова превосходящими силами. Спасла положение лишь масштабная и решительная атака соединений генерала Ренненкампфа. Он начал действовать самостоятельно, не оглядываясь на невнятное бормотание Рузского. Тем более что Кенигсберг пал и в Западную Пруссию стали прибывать части 10-й армии, снятые с осады. Что развязало ему руки. Ценой гибели Гвардейского кавалерийского корпуса и больших потерь в других соединениях он смог остановить немцев и отбросить назад, спасая армию Самсонова от уничтожения.

Восточный фронт установился по Варте и Одеру. А весь мир затих в ожидании нового 1915 года, начавшегося так бурно и неоднозначно. Ведь несмотря на значительные успехи в 1914 году, Антанта все-таки не смогла сломить сопротивления коалиции Центральных держав. Война продолжалась. Иначе. Но все равно – большая и тяжелая. Хотя и в намного более благоприятном для России ключе…

<p>Пролог</p>

1915 год, 3 мая. Где-то возле Царского Села

Бронеавтомобиль в сопровождении шестерки мотоциклов[1] бодро пролетел по дороге, поднимая пыльный след.

За разведывательным отделением, выстроившись боевым ордером, шла колонна 1-го отдельного лейб-гвардии эскадрона. Этакая «странная кавалерия»: грузовики, несколько бронеавтомобилей, авто-САУ и мотоциклы. Отряд выглядел так, словно заплутал во времени.

Бах! Бах!

Ухнули пиротехнические заряды, обозначающие засаду.

И тут началось.

Бронеавтомобили, прямо на ходу, свернули «мордой» на фланг нападения и открыли огонь на подавление. Бойцы же, едущие в грузовиках, посыпались на землю, рассредоточиваясь и занимая позиции.

Максим постарался выжать карт-бланш, предоставленный ему на комплектование усиленного эскадрона, по полной программе. Поэтому из каждого грузовика выскакивало не только пять рядовых стрелков, но и егерь[2] да легкая пулеметная команда на два «лица».

Выгрузились. И пошли вперед. Да хитро и непривычно.

Короткой перебежкой первое звено отделения продвигалось вперед и, опираясь на легкий пулемет и егерский карабин, занимало оборону. Под прикрытием второго звена. А то выдвигалось вперед только после того, как закрепилось первое.

Причем, что дивно, отделения действовали взаимосвязанно и учитывали взаимное расположение.

Ни на какие пехотные цепи в полный рост с примкнутыми штыками не имелось даже намека. Этой дубовой старины Максим терпеть не мог. Только короткие перебежки, только грамотное использование рельефа местности, только опора на коллективное оружие. Из-за чего два линейных взвода не только вели совсем нешуточный огонь, но и мало маячили на виду.

Император смотрел на деревянные щиты мишеней, изображающие пехотинцев противника, и только головой покачивал от того, как весело летели во все стороны щепки.

Но этим новизна не закончилась.

Выйдя к опасному участку, унтер-офицер достал сигнальный пистолет и пустил красный маркер, подсвечивая пулеметное гнездо. Очень опасно расположенное.

Минуты не прошло, как выгрузившиеся следом за бойцами отделения огневой поддержки обрушили на указанную цель серию мин. Минометных мин, в которые были переделаны фугасные снаряды 57-мм морской пушки[3]. А чуть погодя их поддержали с авто-САУ, где стояли минометы покрупнее, стреляющие минами, переделанными из старых 87-мм снарядов[4].

Вперед выдвинулись два бронеавтомобиля, поддерживая наступление стрелкового отделения. И те, все теми же короткими перебежками, прикрывая друг друга, двинулись дальше. А подойдя к траншее, сначала закидали ее ручными гранатами и только потом ворвались внутрь…

Император шел по позициям полка и задумчивым взглядом смотрел на учиненный разгром. К этой демонстрации многие подключились. И многие готовились.

Шутка ли – этими, в общем-то, небольшими учениями руководил лично начальник Главного штаба Русской Императорской армии генерал от инфантерии Николай Петрович Михневич. Не напрямую, разумеется. Курировал. Но, проинспектировав вместе с Главнокомандующим оборонительные позиции пехотного полка, остался более чем доволен.

– Хорошо, грамотно сработали, – отметил он.

А тут такой конфуз.

И если Михневич был ...