Книги вам точно понравятся
Книгогид это:
  • Доступ к тысячам книг
  • Персональные рекомендации
  • Рецензии пользователей
  • Авторские полки
больше не показывать
Гюстав Лебон «Психология толп»

Читать онлайн «Психология толп»

Автор Гюстав Лебон

Гюстав Лебон

Психология толп

G. Le Bon

La Psychologie des foules

Печатается по изданию:

Г. Лебон. «Психология народов и масс»,

издательство Ф. Павленкова, СПб., 1898 г.,

с приведением текста к нормам современного русского языка.

КНИГА I

ПСИХОЛОГИЯ НАРОДОВ

Введение

СОВРЕМЕННЫЕ ИДЕИ РАВЕНСТВА

И ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИСТОРИИ

Возникновение и развитие идеи равенства. — Произведенные ею последствия. — Во что обошлось уже ее прило-

жение. Нынешнее ее влияние на массы. — Задачи, намеченные в настоящем труде. — Исследование главных фак-

торов общей эволюции народов. — Возникает ли эта эволюция из учреждений? — Не заключают ли в себе эле-

менты каждой цивилизации — учреждения, искусства, верования и пр. — известных психологических основ, свой-

ственных каждому народу в отдельности? — Значение случая в истории и неизменные законы. — Трудность

изменить наследственные идеи в данном субъекте.

Идеи, правящие учреждениями народов, претерпевают очень длинную эволюцию. Образуясь очень медленно, они вместе с

тем очень медленно исчезают. Став для просвещенных умов очевидными заблуждениями, они еще очень долгое время

остаются неоспоримыми истинами для толпы и продолжают оказывать свое действие на темные народные массы. Если

трудно внушить новую идею, то не менее трудно уничтожить старую. Человечество постоянно с отчаянием цепляется за

мертвые идеи и мертвых богов.

Уже почти полтора века прошло с тех пор, как поэты и философы, крайне невежественные относительно первобыт-

ной истории человека, разнообразия его душевного строя и законов наследственности, бросили в мир идею равенства

людей и рас.

Очень обольстительная для масс, эта идея вскоре прочно укрепилась в их душе и не замедлила принести свои плоды.

Она потрясла основы старых обществ, произвела одну из страшнейших революций и бросила западный мир в целый ряд

сильных конвульсий, которым невозможно предвидеть конца.

Без сомнения, некоторые из неравенств, разделяющих индивидуумов и расы, были слишком очевидны, чтобы прихо-

дилось серьезно их оспаривать; но люди легко успокаивались на том, что эти неравенства — только следствия различия

в воспитании, что все люди рождаются одинаково умными и добрыми и что одни только учреждения могли их развра-

тить. Средство против этого было очень простое: перестроить учреждения и дать всем людям одинаковое воспитание.

Таким-то образом учреждения и просвещение стали великими панацеями современных демократий, средством для ис-

правления неравенств, оскорбительных для великих принципов, являющихся единственными божествами современно-

сти.

Впрочем, новейшие успехи науки выяснили все бесплодие эгалитарных теорий и доказали, что умственная бездна, 1

созданная прошлым между людьми и расами, может быть заполнена только очень медленными наследственными накоп-

лениями. Современная психология вместе с суровыми уроками опыта показала, что воспитание и учреждения, приспо-

собленные к известным лицам и к известным народам, могут быть очень вредны для других. Но не во власти философов

изъять из обращения идеи, пущенные ими в мир, когда они убедятся в их ложности. Как вышедшая из берегов река, которую не в состоянии удержать никакая плотина, идея продолжает свой опустошительный, величественный и страш-

ный поток.

И смотрите, какова непобедимая сила идеи! Нет ни одного психолога, ни одного сколько-нибудь просвещенного го-

сударственного человека, и в особенности — ни одного путешественника, который бы не знал, насколько ложно химери-

ческое понятие о равенстве людей, перевернувшее мир, вызвавшее в Европе гигантскую революцию и бросившее Аме-

рику в кровавую войну за отделение Южных Штатов от Северо-Американского Союза; никто не имеет нравственного

права игнорировать то, насколько наши учреждения и воспитание гибельны для низших народов; и за всем тем не най-

дется ни одного человека — по крайней мере во Франции — который бы, достигнув власти, мог противиться общест-

венному мнению и не требовать этого воспитания и этих учреждений для туземцев наших колоний. Применение систе-

мы, выведенной из наших идей равенства, разоряет метрополию и постепенно приводит все наши колонии в состояние

плачевного упадка; но принципы, от которых система берет начало, еще не поколеблены.

Будучи, впрочем, далекой от упадка, идея равенства продолжает еще расти. Во имя этого равенства социализм, дол-

женствующий, по-видимому, в скором времени поработить большинство народов Запада, домогается обеспечить их

счастье. Его именем современная женщина требует себе одинаковых прав и одинакового воспитания с мужчиной.

О политических и социальных переворотах, произведенных этими принципами равенства, и о тех гораздо более важ-

ных, какие им суждено еще породить, массы нисколько не заботятся, а политическая жизнь государственных людей

слишком коротка для того, чтобы они об этом более беспокоились. Впрочем, верховный властелин современности —

общественное мнение, и было бы совершенно невозможно не следовать за ним.

Для оценки социальной важности какой-нибудь идеи нет более верного мерила, чем та власть, какой она пользуется

над умами. Заключающаяся в ней доля истины или лжи может представлять интерес только с точки зрения философ-

ской. Когда истинная или ложная идея перешла у масс в чувство, то должны постепенно проявляться все вытекающие из

нее последствия.

Итак, посредством просвещения и учреждений нужно приступить к осуществлению современной мечты о равенстве.

С их помощью мы стараемся, исправляя несправедливые законы природы, отлить в одну форму мозги негров из Марти-

ники, Гваделупы и Сенегала, мозги арабов из Алжира и наконец мозги азиатов. Конечно, это — совершенно неосущест-

вимая химера, но разве не постоянная погоня за химерами составляла до сих пор главное занятие человечества? Совре-

менный человек не может уклониться от закона, которому подчинялись его предки.

Я в другом месте показал плачевные результаты, произведенные европейским воспитанием и учреждениями на низ-

шие народы. Точно также я изложил результаты современного образования женщин и не намереваюсь здесь возвра-

щаться к старому. Вопросы, которые нам предстоит изучить в настоящем труде, будут более общего характера. Остав-

ляя в стороне подробности, или касаясь их лишь постольку, поскольку они окажутся необходимыми для доказательства

изложенных принципов, я исследую образование и душевный строй исторических рас, т. е. искусственных рас, образо-

ванных в исторические времена случайностями завоеваний, иммиграций и политических изменений, и постараюсь дока-

зать, что из этого душевного строя вытекает их история. Я установлю степень прочности и изменчивости характеров рас

и попытаюсь также узнать, идут ли индивидуумы и народы к равенству или, напротив, стремятся как можно больше

отличаться друг от друга. Доказав, что элементы, из которых образуется цивилизация (искусство, учреждения, верова-

ния), составляют непосредственные продукты расовой души, и, поэтому, не могут переходить от одного народа к друго-

му, я определю те непреодолимые силы, от действия которых цивилизации начинают меркнуть и потом угасают. Вот

вопросы, которые мне уже приходилось не раз обсуждать в моих трудах о цивилизациях Востока1. На этот маленький том

следует смотреть только как на краткий их синтез.

Наиболее яркое впечатление, вынесенное мною из продолжительных путешествий по различным странам, — это то, что каждый народ обладает душевным строем столь же устойчивым, как и его анатомические особенности, и от него-то

и происходят его чувства, его мысли, его учреждения, его верования и его искусства. Токвиль и другие знаменитые

мыслители думали найти в учреждениях народов причину их развития. Я же убежден в противном, и надеюсь доказать, беря примеры как раз из тех стран, которые изучал Токвиль, что учреждения имеют на развитие цивилизаций крайне

слабое влияние. Они чаще всего являются следствиями, но очень редко бывают причинами.

Без сомнения, история народов определяется очень различными факторами. Она полна особенными событиями, случай-

ностями, которые были, но могли и не быть. Однако рядом с этими случайностями, с этими побочными обстоятельствами

существуют великие неизменные законы, управляющие общим ходом каждой цивилизации. Эти неизменные, самые общие

и самые основные законы вытекают из душевного строя рас. Жизнь народа, его учреждения, его верования и искусства суть

только видимые продукты его невидимой души. Для того, чтобы какой-нибудь народ преобразовал свои учреждения, свои

верования и свое искусство, он должен сначала переделать свою душу; для того, чтобы он мог передать другому свою циви-

лизацию, нужно, чтобы он в состоянии был передать ему также свою душу. Без сомнения, не то нам говорит история; но мы

легко докажем, что, записывая противоположные утверждения, она вводит себя в обман пустыми видимостями.

Мне пришлось однажды изложить перед большим конгрессом некоторые из развиваемых в настоящем труде идей. Со-

1 «L’Homme et les sociйtйs, leurs origines et leur histoire», «Les Premiиres civilisations de l’ancient Orient», «Les Civilisations de l’Inde», «La Civilisation des Arabes», «Les Monuments de l’Inde».

2

брание состояло из всякого рода выдающихся людей: из министров, губернаторов колоний, адмиралов, профессоров, ученых, принадлежавших к цвету различных наций. Я рассчитывал встретить в подобном собрании некоторое едино-

мыслие относительно основных вопросов. Но его вовсе не было. Высказанные мнения оказались совершенно не завися-

щими от степени культурности тех, кто их высказывал. Передавали эти мнения главным образом то, что составляло

наследственные чувства различных рас, к которым принадлежали члены названного конгресса. Никогда мне не было так

ясно, что люди каждой расы обладают, несмотря на различие их социального положения, неразрушимым запасом идей, традиций, чувств, способов ...