Книги вам точно понравятся
Книгогид это:
  • Доступ к тысячам книг
  • Персональные рекомендации
  • Рецензии пользователей
  • Авторские полки
больше не показывать
Геннадий Гор «Уэра»

Читать онлайн «Уэра»

Автор Геннадий Гор

Гор Геннадий

УЭРА

Остановленный миг

Всего два часа продолжалась эта странная попытка заглянуть в бесконечность, остановив миг. Чего ждала Эроя, включив аппарат? Она ведь знала, что прошлое, возвращенное благодаря бесперебойной работе искусственной памяти, не могло заменить ни настоящего, ни будущего. Сейчас Веяд был здесь, рядом. Сейчас? Нет, это «сейчас» давно стало прошлым и поселилось в сознании автомата, всегда готового к услугам, всегда умеющего повторить ускользнувшее мгновение, но не способного превратить утраченное в настоящее. Эроя встретилась с Веядом как в сновидении. Но это ясновидение было точным отражением действительности и не давало ни на минуту забыть, что время необратимо. И все же Эроя не жалела, что включила аппарат. Два часа она провела «вместе» с Веядом, и временами почти казалось, что он вернулся. Может, он и вернется, если его отпустит даль. Но когда? Десять лет прошло, и пройдет еще десять, и еще двадцать… Она ждала. Но ведь и он тоже ждал, если был жив. Между ними были звезды, которые своим светом напоминали ей, как велика Вселенная и как легко в ней затеряться. Эроя притронулась к роботу, хранившему прошлое. Он был холоден, как и полагается вещам. Но из всех вещей его выделяла одна особенность: он был хранителем того, что связывало их, и сопротивлялся течению времени. В этом сделанном из довольно прочных материалов предмете жило нечто неповторимое и интимное, впрочем, не очень прочное — кусок отраженного бытия. Эроя притронулась к роботу ласково, словно это было живое существо. Затем она вышла из комнаты воспоминаний, усилием воли оторвавшись от утраченного.

Любезный автомат-водитель открыл дверцу вездехода, и незаметное движение перенесло Эрою в горную местность, в Институт истории и археологии. Здание было вписано в синеву леса. Здесь еще было утро. Свистели птицы. Здесь утро длилось дольше, чем везде. Со скалы падал водяной поток. Грохот падающей воды освежал каждое мгновение в этом утреннем краю пахнущих смолой ветвей. В лаборатории на реконструкционном столе лежал череп молодого охотника, погибшего еще в каменном веке. Легко ли будет восстановить облик древнего юноши, вернуть то, что не сохранилось? Эрон-младший, брат Эрои, выдающийся кибернетик и физиолог, предложил восстановить заодно и внутренний мир этого древнего дильнейца. Разумеется, не буквально вернуть утраченное бытие, а создать духовный слепок, модель ума и чувств. Эроя пока не дала согласия на это. Да и возможно ли смоделировать внутренний мир древнего дильнейца, имея только его череп? Работа, в сущности, еще не перешла через первую стадию размышлений и догадок. Эроя старалась представить себе жизнь этого охотника, его самого, пещеру, где он и его сородичи нашли приют. Один старинный философ сказал: «Все наше богатство заключено в мысли». Как будто мысль важнее действия! Философ жил в ту эпоху, когда мышление наивно отрывали от жизни, от дела. А ей, Эрое, нужно реконструировать стихийную природную жизнь, скорее жизнь чувств, чем жизнь мысли. Было ли имя у этого охотника? Нужно думать, было. Собственные имена существуют давно, они возникли вместе с языком для того, чтобы древний дильнеец мог отделить себя от других, и другие могли с помощью звуков обозначить нечто неповторимое и особенное. Иногда Эрое казалось, что ей было бы легче работать, восстанавливая облик древнего охотника, если бы она знала его имя. В каждом имени есть нечто от того, кто его носит. Звук, название сливается с тобой и, как кажется родным и близким, выражает твою суть. Вот и Веяд… Сочетание звуков переносит Эрою в то десятилетие, когда он был здесь, на Дильнее, рядом с ней. Он немножко подшучивал над ее специальностью палеонтолога и археолога. Всю жизнь смотреть в прошлое, оглядываться назад! Так может заболеть шея! Нет, его интересовало не прошлое, а будущее, тоже даль, но не позади, а впереди нас. Эроя любила свою специальность. Еще учась в средней школе, она поняла или, вернее, почувствовала, что такое время, история. А позже она овладела искусством извлекать время из мертвых предметов и документов, и это стало ее профессией. Размышления Эрои прервал призывный звук отражателя. Она взглянула на экран и увидела добрые, усталые глаза своего отца. — Если ты не очень занята, Эроя, — сказал отец, — зайди, пожалуйста, ко мне в институт. Я хочу показать тебе чудесное существо. — Опять древнего таракана, извлеченного из тьмы веков? Он мне ужасно не понравился. — Нет! На этот раз не таракана, а бабочку, только что доставленную из тропиков. Дети Эрона-старшего, одного из крупнейших энтомологов Дильнеи, не пошли по стопам отца. Эрон-младший избрал специальностью теорию информации, Эроя историю и палеонтологию. Нет, их не привлекал мир насекомых, крошечных существ, которых эволюция загнала в тупики познания, одарив инстинктом, застывшим знанием рода и вида. Сколько книг о насекомых и их видении мира написал Эрон-старший! И сколько придумал и создал аппаратов, занятых тем, что они вбирали в свою механическую память факты из жизни этих странных существ. Эроя зевнула. Ничего не поделаешь, придется провести час или два в лаборатории отца.

Вещи потеряли тяжесть

Это было давно. Эрое исполнилось тогда семь лет. И отец принес домой необыкновенную вещь. — Не знаю, понравится ли тебе мой подарок, — сказал он. — Достаточно войти сюда и нажать кнопку… Но не спеши. Никогда не надо спешить. — А если я нажму кнопку, — спросила нетерпеливо Эроя, — что случится со мной? — Ничего особенного. Ты превратишься в пчелку. Эроя думала, что отец шутит. И так думали все — и дети, пришедшие в гости, и взрослые. Но оказалось, отец вовсе не шутил. Эроя раскрыла дверь аппарата, вошла, нажала кнопку и превратилась в пчелу. Не то чтобы превратилась буквально, как в древних сказках, но она попала в пчелиный мир. А разве это не одно и то же? Это были чудесные мгновения. Исчезла комната с гостями, исчезло все, и появилось нечто новое и необычайное. Этот мир, который раскрылся перед Эроей, сверкал всеми цветами и всеми оттенками. Желтый, зеленый, синий, фиолетовый. А это еще что за цвет? Ведь такого цвета не бывает. Но он тут, перед глазами. Он сверкает, как поверхность лесной реки, как облако, как зыбкая ветка приснившегося дерева. Как же он называется? Эроя начинает вспоминать названия всех цветов и оттенков. Но этому цвету, должно быть, забыли дать название. А мир сверкает и меняется. Цвета и запахи так странно сливаются. Пахнет кленовым соком. Что это? Птичий свист? Или запах фиалки? Или прохлада грохочущей реки, несущейся по камням? Вещи потеряли тяжесть. Нет линий и форм. Только цвета и оттенки. Время остановилось. В приснившемся облаке отражается черное крыло птицы. Спустя много лет у Эрои не раз возникли воспоминания, что когда-то она была пчелкой. Не во сне же ей приснился странный пчелиный мир? И все же она не стала энтомологом, вопреки желанию отца. Ее влекла к себе не природа, а история. А еще больше — искусство восстановления утраченного. Вот и сейчас она хочет восстановить черты древнего охотника, того, от которого остался только череп, а от эпохи — кусок грубо отесанного камня, служившего орудием труда и защиты. Брат Эрои Эрон-младший предлагал восстановить внутренний мир охотника. Он мог ставить себе такую задачу. Сумел же он создать модель внутреннего мира своей сестры, записать живую историю ее личности и подарить эту модель отправившемуся в космическое путешествие Веяду. Он хотел облегчить горечь разлуки. Удалось ли это ему? Едва ли. Но об этом речь пойдет впереди. Встречаясь с сестрой, Эрон-младший шутил: — Ты здесь? Возможно ли это? Но спрашивается, кого же я отправил с Веядом? — Ты отправил мою тень, мое отражение. — Нет! То, что я отправил, все же больше тени и глубже отражения. — Так что же ты отправил, Эрон? — Что я отправил? Об этом нам расскажет Веяд, когда он вернется из своих странствий.

Подарок Эрои

Веяду и его спутнику Туафу пришлось поселиться на космической станции Уэра. Им не дано было выбирать, где жить. Космолет погиб, и только им двоим удалось достигнуть Уэры, им да еще третьему существу, которое не нуждалось ни в пище, ни в воздухе, ни в опоре для ног. Это существо могло поместиться и в кармане. О том, как удалось создать «дубликат» Эрои, уменьшив больше чем во сто крат ее физическое начало и оставив почти без изменения внутренний мир, не знал не только Туаф, но и сам Веяд. Он прятал Эрою, пытаясь сохранить в тайне удивительный факт, плохо согласованный с опытом и здравым смыслом. Он прятал ее от чужих и нескромных глаз. Но разве можно спрятать что-нибудь на таком крошечном островке, как Уэра? В истории планеты Дильнеи это был первый случай, когда путешественник увез вместо изображения своей жены нечто невообразимо новое, чему еще не придумали названия. Подарок, который преподнесла Эроя своему другу и возлюбленному, был бесценен — она принесла самое себя, отделившись от самой себя и одновременно оставшись сама собой. Она вручила дубликат своего ума и своих чувств, бесформенный комок какого-то неизвестного и чудесного вещества, куда вместилась живая и неповторимая история личности, называемая памятью. Один из крупнейших физиологов древности назвал память «преодолением отсутствия». Неплохо сказано, хотя и чуточку туманно. Веяд и Эроя с помощью Эрона-младшего нашли способ «преодолеть отсутствие», сделать невозможное возможным, разлучившись, все же остаться вместе, разделиться, не разделяясь. Они думали, что им удалось обмануть пространство и время, перехитрить закон природы. Но они переоценили открытие Эрона — брата Эрои — и невозможное так и осталось невозможным.

Рассказывает Туаф

Не я выбирал себе спутника и товарища, его выбрала за меня судьба. Покинуть космолет удалось всем, но только мне и Веяду посчастливилось достичь Уэры. Посчастливилось? Я не без сомнения употребляю это слово. В самом же деле не много счастья в том, чтобы сидеть на крошечном островке, окруженном пустотой, и ждать… Нас было двое, всего только двое в этом ...