Книги вам точно понравятся
Книгогид это:
  • Доступ к тысячам книг
  • Персональные рекомендации
  • Рецензии пользователей
  • Авторские полки
больше не показывать
Хелен Диксон «Завещание Сомервилля»

Читать онлайн «Завещание Сомервилля»

Автор Хелен Диксон

Annotation

По завещанию отца Ева Сомсрвилль получит наследство только в том случае, если выйдет замуж за мистера Фицалана — человека, который три года назад сыграл в ее жизни роковую роль. Решится ли после этого Ева на такой шаг?

Хелен Диксон

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Хелен Диксон

Завещание Сомервилля

Глава первая

Ева Сомервилль — богатая красивая девушка — была единственным ребенком обожавших ее родителей, выполнявших любой ее каприз. Ева представляла свое будущее в самых радужных тонах: счастливое замужество, дети и полное благополучие.

Ей исполнилось семнадцать, когда умерла от чахотки мать, а у отца обнаружили рак. Скончался же он в результате несчастного случая. Еве не было и двадцати лет.

В Этвуд на похороны сэра Джона Сомервилля съехались родственники, друзья и знакомые со всех концов Англии.

К несчастью для Евы, Бернтвуд-Холл наследовался по мужской линии и должен был перейти к кузену сэра Джона — Джеральду Сомервиллю. Собравшиеся шепотом обсуждали, что при новом владельце ожидает мисс Еву. Надо надеяться, завещание составлено так, что в обиде она не будет.

Во время траурной церемонии Ева не отходила ни на шаг от бабушки со стороны матери, леди Пембертон, которая старалась утешить и поддержать Еву. Старая леди держалась с величественным спокойствием, только руки, судорожно сжимавшие трость, выдавали ее волнение.

По окончании траурной церемонии близкие покойного возвратились в Бернтвуд-Холл, роскошный особняк на лесистой возвышенности в южной части Этвуда. В этом процветающем, густонаселенном городе Сомервилли жили с XVI века, играя важную роль в развитии угледобывающей промышленности.

В гостиной за огромным столом сидел адвокат Джона Сомервилля, Алекс Соумс, склонив седую голову над завещанием покойного. Присутствовать пригласили лишь наиболее достойных лиц из обслуживающего персонала, Джеральда Сомервилля, Еву, ее бабушку и мистера Маркуса Фицалана из Неверли, городка, расположенного в пяти милях от Этвуда.

Маркус Фицалан — высокий, стройный, широкоплечий — приковывал к себе все взгляды. Его внешность и манера держаться выдавали в нем удачливого бизнесмена. Двигался он легко и стремительно, осанка выдавала в нем человека с достоинством. Черные густые волосы, зачесанные назад, подчеркивали высокие скулы, придававшие его лицу некоторую суровость.

В свои тридцать лет он был необычайно красивым мужчиной, с огромным обаянием, которое Ева испытала на себе три года назад. Ей было неприятно вспоминать об этой мимолетной встрече, не только унизительной, но и чуть было не оказавшейся роковой для нее.

Встреча эта запятнала репутацию девушки и послужила поводом для разрыва с ней отношений человеку, за которого она намеревалась выйти замуж.

Ева заметила Маркуса Фицалана еще при отпевании отца в церкви. Он сидел сбоку от нее, чуть впереди. Орлиный нос придавал ему несколько заносчивый вид, твердо очерченные губы обещали наслаждение, которое Еве довелось испытать. Из-под широких черных бровей смотрели ясные голубые глаза. Еве не верилось, что это тот самый мужчина, который так страстно целовал ее три года назад.

Ощутив на себе взгляд, Маркус медленно повернулся в ее сторону. Глаза их встретились, он вопросительно поднял брови. Ева поспешно отвернулась, негодуя на себя за то, что ноги ее сделались ватными, а сердце заколотилось бешено, как тогда, при их знакомстве.

И вот они вместе сидят в гостиной Бернтвуд-Холла…

Его присутствие здесь было ей неприятно, она желала бы избежать встречи с человеком, на которого затаила тяжкую обиду.

Но бабушка, любившая общаться с местной знатью, не замедлила после возвращения из церкви познакомиться с импозантным джентльменом и захотела во что бы то ни стало представить ему внучку, не зная, что тот стал причиной ее бесчестия. Спасая от него дочь, Джон Сомервилль привез тогда Еву к бабушке, в Камбрию, изображая очередной родственный визит. К счастью, репутация Евы не была испорчена безнадежно, инцидент был скоро забыт, Ева вернулась домой, но чувствовала себя глубоко оскорбленной.

— Я хочу представить тебя мистеру Фицалану, Ева. Они с отцом были закадычными друзьями, даже партнерами в бизнесе, а ты с ним будто и незнакома. Странно как-то, — сказала леди Пембертон.

— Да не стоит, бабушка, — возразила охваченная паникой Ева. — Он беседует с четой Листеров. К чему мешать им?

— Пустяки, Ева! Не бойся, мистер Фицалан тебя не съест.

Листеры отошли от своего собеседника, и Маркус повернулся в сторону леди Пембертон и Евы. Он поймал ее взгляд и пристально всмотрелся в бледное личико. До чего же она хороша! Даже еще красивее, чем была тогда! А губы, губы дрожат!

И ему вспомнилось, какими теплыми и податливыми были эти губы, целовавшие его с такой нежной страстью, каким податливым было ее невинное тело, все крепче прижимавшееся к нему.

Повторить бы сейчас то, что произошло между ними три года назад на ярмарке в Этвуде!

В тот день к нему нежданно-негаданно подошла удивительно красивая девочка и довольно неловко попыталась флиртовать с ним. Как потом выяснилось, девочка заключила пари с расшалившимися подружками, что сможет очаровать симпатичного молодого человека. Но, не зная законов природы, она оказалась в его власти. Волей-неволей Ева из соблазнительницы превратилась в жертву и с наслаждением таяла в его руках. Он же не без злорадства наблюдал за тем, как они поменялись ролями. К несчастью, мужчина, за которого она собиралась выйти замуж, стал свидетелем этой сцены и порвал с Евой.

Но и для Маркуса тот случай не прошел бесследно. Долгое время он не мог выкинуть Еву из памяти. Она разбудила в нем чувства, которых он дотоле не испытывал.

— Мистер Фицалан, разрешите представить вам мою внучку, Еву Сомервилль. Только что я сказала ей, что удивляюсь, как это могло случиться, что вы не были официально представлены друг другу. А ведь вы были близким другом Джона.

— Да, это так, хотя несколько лет назад у нас с вашей внучкой состоялось мимолетное знакомство, — произнес Фицалан спокойно, не желая смущать Еву в столь тяжелый для нее день. Но Ева, естественно, поняла, о чем речь, и рассердилась: не время и не место напоминать ей о том, что произошло между ними. — Рад снова встретиться с вами, — невозмутимо продолжал Фицалан. — Полагаю, не случись с вашим отцом такого несчастья, он бы в ближайшее время привез вас в Бруклендс — наше имение. Примите мое искреннее соболезнование. — И Маркус пожал ее дрожащую руку. — Какая трагедия! Нам его будет очень недоставать.

— Благодарю вас, — с трудом проглотив комок в горле, произнесла Ева с вежливой улыбкой.

— Ваша бабушка, по-моему, только что вернулась из Лондона, — сказал Маркус, лишь бы что-нибудь сказать, когда леди Пембертон отошла от них.

«Ах, хоть бы он отвязался и завел разговор с кем-нибудь еще, чтобы мне не мучиться рядом с ним», — подумала Ева, преодолевая неприязнь.

— Да, бабушка гостила у моей тети. По пути в свое имение она заехала в Бернтвуд-Холл побыть со мной и отцом. А тут это несчастье. Хорошо еще, что она успела повидать отца.

— Странно, что вы не поехали с ней в Лондон.

— Поехала бы, но отец болел…

— Понимаю, — тихо произнес Маркус. — Ваш отец часто говорил о вас, и мне кажется, будто я знаю вас очень давно.

— Неужели?! — резко вскинулась Ева, но сразу овладела собой. — Вы меня удивляете, мистер Фицалан. Он так часто уезжал из дому по делам, даже уже будучи больным, что непонятно, когда он успевал рассказать обо мне совершенно чужому человеку.

— Ну, совершенно чужим я ему не был. Да и мы с вами, — Маркус многозначительно поднял брови и пристально посмотрел ей в глаза, — тоже не совсем чужие друг другу.

— Мне вы чужой, несмотря на то, , что произошло между нами при предыдущем знакомстве. — Ева старалась говорить как можно спокойнее и не выдавать своей неприязни к Маркусу. — Но отец, когда бывал дома, всегда много говорил о вас. По сути дела, не проходило дня, чтобы он не хвалил вас.

Говорила она холодно, с сарказмом.

— Лично я вспоминаю о нашем знакомстве без тени теплоты, — продолжила она. Пусть знает, что от той впечатлительной, наивной девочки не осталось и следа.

Маркус нахмурился.

— То, что произошло между нами, случилось так давно. Теперь, я полагаю, мы можем стать друзьями.

— Вряд ли мы станем друзьями, мистер Фицалан. Думаю, впредь наши пути не пересекутся.

— Кто знает, мисс Сомервилль, — сказал он тихо. — От Этвуда до Неверли рукой подать. Мы с вами, полагаю, неизбежно будем встречаться на каких-нибудь светских мероприятиях.

— У нас разный круг знакомых, мистер Фицалан, и если у меня будет возможность выбора, я, уж простите, постараюсь избежать встречи с вами.

— А ведь в прошлую нашу встречу вы отнеслись ко мне куда более благосклонно, — сказал он, глядя на нее с иронией. — Вы, если мне не изменяет память, были очень, очень милы со мной.

— У вас хорошая память. — В ее глазах мелькнула искра гнева. — А я не раз корила себя за то, что произошло.

Не обращая внимания на ее откровенно недружелюбные реплики, Маркус улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами.

— Как же, припоминаю, вы ушли крайне недовольная.

— Я и сейчас недовольна, я никогда не получу удовольствия от общения с вами. А сейчас прошу простить меня. Мне необходимо поговорить, пока все не уехали.

И, не интересуясь тем, какое впечатление произвели на Маркуса ее слова, Ева повернулась к нему спиной и направилась к подруге, Эмме Паркинсон.

В отличие от Сомервиллей, в роду которых титулы и состояние веками передавались из поколения в поколение, Фицаланы добились многого недавно, благодаря деду Маркуса, который сумел разбогатеть на добыче угля и купить примыкающий к имению Сомервиллей участок, где основал собственную шахту «Этвуд». Он построил Бруклендс — роскошный дом, вызывающий зависть и восхищение соседей, но впоследствии допустил ряд ошибок и был вынужден продать свою шахту Джону Сомервиллю.

Сидя в гостиной напротив Евы, Маркус с удовольствием рассматривал ее. Красивая, стройная, живая, с прелестной юной грудью, обтянутой черным платьем. Совсем еще девочка. Но взгляд у этой девочки гордый и вызывающий, не так уж она, видно, наивна, да и характер твердый и решительный, под стать его собственному.

Соумс начал оглашать завещание. В первых его строках перечислялись щедрые подарки, которыми покойный благодарил ...