Книги вам точно понравятся
Книгогид это:
  • Доступ к тысячам книг
  • Персональные рекомендации
  • Рецензии пользователей
  • Авторские полки
больше не показывать
Ганна Ильберг «Клара Цеткин»

Читать онлайн «Клара Цеткин»

Автор Ганна Ильберг

Ганна Ильберг

КЛАРА ЦЕТКИН

ИЗ ПРЕДИСЛОВИЯ К НЕМЕЦКОМУ ИЗДАНИЮ

Подробная биография Клары Цеткин должна была бы составить несколько томов; написать ее — значило бы написать историю не только немецкого, но и международного рабочего движения.

Предлагаемая читателю книга представляет собой только скромную попытку рассказать в очень сжатой форме о самых существенных чертах жизни великой немецкой социалистки.

Если этой работе удастся внушить женщинам и трудящейся молодежи чувство восхищения и глубокого «уважения к поистине замечательной жизни, отданной служению угнетенным и эксплуатируемым, к нашей Кларе Цеткин — тогда цель ее больше чем выполнена.

Ганна Ильберг

ДЕТСТВО

В Саксонии, в холмистой местности, неподалеку от Рудных гор, лежит деревня Видерау. Она тянется среди лесов по обе стороны речушки Видербах вплоть до чарующей своими ландшафтами Хемницкой долины.

В Видерау, кроме нескольких зажиточных крестьян и еще сохранявших независимость ремесленников, жили только бедные вязальщики чулок и кустари. Здесь 5 июля 1857 года в семье сельского учителя Готфрида Эйснера появилась на свет Клара. Просторный дом, в котором она родилась, стоял на некотором возвышении рядом с деревенской церковью, где отец Клары выполнял обязанности органиста. Выходец из крестьян, Готфрид Эйснер хотя и был строгим протестантом, но никогда не делал из религиозных убеждений мертвой догмы. Мать Клары происходила из уважаемой в Лейпциге прогрессивно настроенной буржуазной семьи. Ее отец, французский дворянин, принимал участие в итальянском походе революционной армии Наполеона. Когда же Бонапарт увенчал себя императорской короной, дед Клары тут же подал в отставку; ведь он присягал на верность республике, а не монарху!

Мать Клары получила прекрасное образование и отличалась живым и деятельным умом. Ее искренне волновали все современные проблемы литературы и искусства. Она была убежденной сторонницей эмансипации женщин. Отец Клары тоже считал, что женщинам должно быть предоставлено равноправие. Оба они, и отец и мать, всегда интересовались политикой. В кругу семьи, где, кроме Клары, были еще ее брат и сестра, часто разгорались дискуссии о самых разнообразных проблемах. Особенно страстно повсюду отстаивала свои взгляды всегда находчивая и жизнерадостная мать Клары. Она открыто осуждала бессердечность пастора и не боялась высказать ему прямо в лицо свое мнение: он стал толстым и дородным именно за счет того, что даже беднейших членов общины, на лицах которых голод и лишения оставили неизгладимые следы, принуждал к уплате различных церковных поборов!

У бедняков не было иного выхода, как искать помощи «господина учителя». Он одалживал или дарил им деньги для уплаты налогов, хотя сам располагал весьма скромными средствами.

Эта неизменная готовность помочь сделала отца Клары уважаемым человеком среди жителей деревни. Местные бедняки относились не только с почтением, но и с большой симпатией к учителю Эйснеру и его жене. В доме, где росла Клара, царили прогрессивные взгляды и подлинная любовь к людям. Здесь еще помнили лозунг Великой французской революции — «Свобода, равенство и братство».

Уже в сельской школе Клара выделялась среди других детей быстрой сообразительностью и ясным умом. Ее отец не ограничивался только уроками и постоянно готовил к поступлению в гимназию или в коммерческое училище — нескольких одаренных ребят. Очень скоро и своей маленькой дочери он позволил принимать участие в этих занятиях. В семье давно уже было решено: Клара должна стать учительницей.

Смышленая девочка шутя справлялась со своими уроками. У нее было много свободного времени, чтобы носиться по лугам и лесам. Клара участвовала в самых отчаянных играх и не боялась забираться на самые высокие деревья! Она никогда не увиливала в сторону, даже когда дело доходило до драк с деревенскими мальчишками, товарищами ее детских игр.

Во время потасовок она всегда была в самой гуще сражения.

Едва только Клара научилась читать, как страсть к книгам овладела ею. Она читала ночи напролет, словно одержимая. Родители начали опасаться за ее здоровье. Когда наступало время ложиться спать, они забирали у дочери лампу, чтобы заставить ее прекратить чтение. Клара считала это суровым наказанием. Но она была очень находчива. Зимой в своей маленькой комнате она садилась на низенькую скамеечку перед открытой дверцей печки. Отблески пламени, падающие на страницы книги, отлично заменяли керосиновую лампу.

Даже родители Клары были изумлены, когда убедились, что девятилетняя девочка уже прочла «Илиаду» и основные произведения Гёте и Шиллера. В одиннадцать, лет она знала многие творения Шекспира, Байрона и Диккенса. Клара особенно любила читать вслух стихи. Многие из них она сразу запоминала, а другие с удовольствием выучивала наизусть. Уже в детские годы без особых усилий она заложила фундамент того прекрасного знания мировой литературы, которое так часто вызывало удивление.

Больше всего Кларе нравились две книги, найденные на мансарде: история освободительной борьбы швейцарцев и история Французской революции. Даже страшные рисунки, которыми они были иллюстрированы, не уменьшали интереса Клары к этим книгам. Она жила, страдала и боролась вместе со швейцарцами, с оружием в руках изгоняющими со своей родины наместников императора и прочих деспотов. Так же страстно она любила и героев Французской революции. Щеки ее пылали, когда в мечтах она была вместе с ними на баррикадах и боролась за лучшую жизнь для обездоленных и угнетенных.

Сердце девочки, казалось, готово было разорваться от переполняющей его пылкой любви к героям. Деревенские ребята, товарищи Клары по играм, тоже должны узнать о них! Как стремительный поток, захватил ребят рассказ Клары. Она зажгла их своим искрящимся воодушевлением — теперь у них есть новая игра! Сражались ли они, как швейцарцы, отстаивающие свою независимость, играли ли «в революцию» — всегда впереди всех была маленькая дочь учителя. В те времена она, вероятно, сотни раз умирала смертью Арнольда Винкельрида[1]! Об этих играх Клара вспоминает с любовью и тогда, когда годы уже убелили сединой ее голову.

После таких «сражений» Клара возвращалась домой вся запачканная, часто в разорванной одежде и с кровавыми ссадинами. Ее пылающее личико сияло от счастья. Она не знала усталости. Даже после самых утомительных игр ее тянуло к книжным полкам. Там однажды она нашла историю христиан, которые поднялись на борьбу с папством и были уничтожены. В образах, созданных великими поэтами, в героях швейцарской освободительной борьбы и Французской революции, в восставших против папства христианах Клара видела людей с сильными характерами, людей, которые готовы умереть за свои убеждения. У Клары родилась и окрепла уверенность, что каждый человек, мужчина или женщина, должен бороться за правое дело, даже если ради этого надо пожертвовать жизнью.

Вначале родители Клары предоставляли маленькой озорнице полную свободу, но потом, заботясь о развитии ее способностей, они осторожно и почти незаметно начали ограничивать ее шалости и игры. Отец преподавал ей музыку. Талантливому органисту доставляло большую радость учить дочь игре на органе. Клара часто сидела в маленькой церкви у старого инструмента и разучивала прелюдии и хоралы или погружалась в мощные звуки, извлекаемые отцом из органа. Девочка, заботливо наставляемая родителями, училась в музыке, как и в великих творениях поэзии, различать звучание воинственного гуманизма.

Клара жила не только в мире книг, ученья и забав. Даже волны музыки лишь на мгновения переносили ее в страну грез. При всей своей склонности к мечтаниям и фантазированию она отличалась острой наблюдательностью, чувством справедливости и ясным умом. Но многого, что происходило в окружающем ее мире, она не могла понять.

Почему в деревне небольшое число зажиточных крестьян, их жены и дети хорошо питаются и хорошо одеты? Чванливо и важно расхаживают они по улице и при каждом удобном случае хлопают себя по своим туго набитым карманам. А лучшие друзья Клары, дети скромных и трудолюбивых вязальщиков чулок, худы до ужаса. Клара часто вспоминала стишок, услышанный от мальчика со впалыми щеками, который пришел с хребта Рудных гор:

Лишь только свет появился в окошке,

Как на столе уже миска с картошкой.

Картошка в обед, и на ужин — картошка.

Хотя бы хлеба совсем немножко —

С утра до ночи одна картошка!

Почему должны жить на одной картошке кустари, которые вместе со своими женами и детьми работают с раннего утра до поздней ночи? Почему только изредка могут они купить селедку и лишь по большим праздникам маленький кусок мяса? Богатые крестьяне работают куда меньше, чем бедняки, а по вечерам и в воскресенье часто захаживают в трактир. Они едят мясо и пьют молоко, когда им нравится, носят крепкие башмаки и костюмы из хороших тканей. А сами кустари и их семьи одеты в страшные лохмотья, где заплата лежит на заплате. Почему в мире существует такая огромная разница между бедными и богатыми? Даже родители не могли вразумительно ответить на настойчивые вопросы ребенка. Особенно возмущали Клару объяснения бессердечного пастора, что бедняки наследуют царство небесное. От напряженных раздумий о причинах царящей в мире несправедливости на гладком лбу девочки часто появлялась суровая складка. Клара понимала только одно: «Тут что-то не так!» Отзвуки исторических событий изредка докатывались до маленького Видерау. Но шел 1870 год! О начале франко-прусской войны заговорили даже кустари в своих убогих, душных лачугах. Они боялись сопутствующих войне крайней нужды и смерти и перешептывались по поводу слуха, который дошел даже до них: Бисмарк хитрой дипломатической игрой принудил Францию к объявлению войны[2]. Да, социал-демократы Август Бебель и Вильгельм Либкнехт[3] были настоящими людьми! Они имели мужество в северогерманском рейхстаге[4] открыто осудить войну, зная, что расплачиваться за нее придется простому народу. Бедняки гордились Бебелем и Либкнехтом.

В родном доме Клары из-за больших семейных забот интерес к Политике отступил на задний план. Скоро Кларе исполнится четырнадцать лет, да и брат с сестрой уже подросли. Мать неоднократно пыталась убедить отца переехать с семьей в Лейпциг, чтобы дать детям возможность дальше учиться. Отцу очень тяжело было принять решение. Много лет тому назад отклонил он почетное предложение стать органистом при известном на весь свет органе Баха в Лейпциге, заявив: «В Видерау я более нужен, чем в Лейпциге. Деревня не найдет мне полноценной замены». После долгой внутренней борьбы он в конце 1871 года согласился переехать в Лейпциг. Он не ...