Книги вам точно понравятся
Книгогид это:
  • Доступ к тысячам книг
  • Персональные рекомендации
  • Рецензии пользователей
  • Авторские полки
больше не показывать
Самуил Лурье «Успехи ясновидения»

Читать онлайн «Успехи ясновидения»

Автор Самуил Лурье

Самуил Лурье

Успехи ясновидения

***

I. Какова загробная жизнь

II. Откровение Константина

ПРИЗРАКИ ПОЗАПРОШЛОГО

I. Лавры Вольтера

II. Против руссофобии

III. Друг человечества печально замечает

СЕВЕРНЫЙ ЗАВЕТ

БИНОМ ХАЙЯМА

ВОЗДУШНЫЙ ЗАМОК СЭРА ТОМАСА

ПРЕДМЕТ ЗАВИСТИ ВСЕХ ЛЮДЕЙ

СМЕРТЬ В ДОЛИНЕ МИССИСИПИ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ЗОЛОЧЕНЫЕ ШАРЫ СПРАВЕДЛИВОСТИ

ОСЕННИЙ РОМАНС

НОЧНОЙ СМОТР

В ПУСТЫНЕ, НА БЕРЕГУ ТЬМЫ

Часть первая

Часть вторая, гораздо короче

ОПАСНЫЕ СВЯЗИ.

ИСТОРИЯ ЛИТЕРАТУРЫ КАК РОМАН

ТЕОРЕМЫ ЧААДАЕВА

ТАЙНА КОЖАНОГО ЧУЛКА

ЧЕРНЫЙ ЦВЕТОК

К ПОРТРЕТУ КОВАЛЕВА, или ГОГОЛЬ-МОГОЛЬ

ГОГОЛЬ, БАШМАЧКИН И ДРУГИЕ

ЗВЕЗДА УТРАТЫ

ЗАГОВОР КАТЕРИНЫ

ПРИНЦИПЫ ТУРГЕНЕВА

ТЮТЧЕВ: ПОСЛАНИЕ К N. N.

НЕОБЫКНОВЕННАЯ ИСТОРИЯ

СЧАСТЛИВЫЙ БАЛОВЕНЬ СУДЬБЫ

ПАРАДОКС ЧЕРНЫШЕВСКОГО

Н. И. ЩЕДРИН, он же М. Е. САЛТЫКОВ

ФЕТ: ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ

ОКОЛДОВАННЫЙ ПРИНЦ

ЕВАНГЕЛИЕ ЛЬВА

РУСАЛКА В СЮРТУКЕ

Смерть чиновника

Дом с мезонином

Литературная табель о рангах

Скучная история

Черный монах

Две сестры

САМОУЧИТЕЛЬ ТРАГИЧЕСКОЙ ИГРЫ

СКАЗКА О БУРЕВЕСТНИКЕ

МИНДАЛЬНОЕ ДЕРЕВО ЖЕЛЕЗНЫЙ КОЛПАК

Стиль как овеществленное время

Прописка Годивы

Частности

Причина смерти

Железный колпак

Шесть слов

ЗОЩЕНКО: КЛОУН, ФИЛОСОФ, ЗАКРЫТОЕ СЕРДЦЕ

Похвала меланхолии

Цена победы

Перед заходом солнца

Фольклор

Философия слога

БОГ И БРОДСКИЙ

Немного теории

Немного практики

Немного самиздата

О благодарности

О третьем томе

Вместо тоста

По поводу гиен

О гордыне

Для исторического словаря

Совсем немного теории

notes

1

2

3

4

5

6

7

Самуил Лурье

Успехи ясновидения

(Трактаты для А.)

Успехи ясновидения

***

На первых тысячах страниц Неизвестный Автор, пренебрегая занимательностью, то и дело предуведомлял главных героев о предстоящих событиях, в доступной их пониманию форме излагал Свои моральные и творческие принципы, а также план замышленной истории.

Он ввел в повествование Своих чрезвычайных представителей - лиц бездействующих, но с очень сильным слогом, как бы воспроизводящим прямую Авторскую речь. Они комментировали эпизоды, оставшиеся позади, намечали содержание следующих глав, - и одному из них даже было доверено пересказать зашифрованный конспект эпилога...

Но замысел, надо полагать, усложнился, объем творения необычайно возрос, и Автору наконец надоело обучать бесчисленных персонажей хоть по складам читать текст, в котором Он их поселил. Пусть забудутся этой своей пресловутой реальностью, пусть воображают себя соавторами сна, ведь им так интересно ловить друг дружку в темноте... Ведь именно это называют свободой.

Кое-кто время от времени отваживается на индивидуальную попытку предугадать развитие сюжета. Образовался, например, целый разряд существ и жанров, - обслуживающих автобиографическое любопытство: когда персонаж выражает готовность пойти на любые (в пределах разумного) издержки - только скажи мне, кудесник, любимец богов, что сбудется в жизни со мною. Полученную в ответ метафору пробуют обезвредить, как мину - не постигая устройства, - и вспышка разгадки совпадает с моментом взрыва. Другие предметы так называемого ясновидения: что сбудется со мною после и что будет с остальными без меня занимают далеко не всех. Провидцам и прорицателям, разрабатывающим эти темы, плохо платят и мало верят, их выводы принимают за вымыслы. Кажется, что Автор, одинаково недовольный их самонадеянностью и нашим легкомыслием, нарочно представляет их немного смешными в глазах современников.

I. Какова загробная жизнь

Не приходится сомневаться, что Эмануэль Сведенборг был человек необъятных познаний, к тому же необыкновенно умный. Ведь это он первый установил, что наше Солнце - одна из звезд Млечного Пути, а мысли вспыхивают в коре больших полушарий мозга - в сером веществе. И он предсказал день своей смерти - пусть незадолго до нее, но точно: 29 марта 1772.

Исключительно толковый, правдивый, серьезный, добросовестный представитель шведской знати; почетный член, между прочим, Петербургской АН.

Вот что с ним случилось в Лондоне на пятьдесят восьмом году жизни (1745). Он сидел в таверне за обедом, как вдруг туман заполнил комнату, а на полу обнаружились разные пресмыкающиеся. Тут стало совсем темно средь бела дня. Когда мрак рассеялся - гадов как не бывало, а в углу комнаты стоял человек, излучавший сияние. Он сказал Сведенборгу грозно: "Не ешь так много!" - и Сведенборг вроде как ослеп на несколько минут, а придя в себя, поспешил домой. Он не спал в эту ночь, сутки не притрагивался к еде, а следующей ночью опять увидел того человека. Теперь незнакомец был в красной мантии; он произнес: "Я Бог, Господь, Творец и Искупитель. Я избрал тебя, чтобы растолковать людям внутренний и духовный смысл Писаний. Я буду диктовать тебе то, что ты должен писать".

Диктант растянулся на много лет и томов: это было непосредственное Откровение - "то самое, которое разумеется под пришествием Господа", как понял вскоре Сведенборг. При его посредстве Создатель в последний раз объяснял человечеству смысл Библии, смысл жизни, а также раскрыл тайну нашей посмертной судьбы. Чтобы текст получился как можно более отчетливым высоконаучным, Сведенборг получил допуск в загробный мир - побывал в раю, осмотрел ад, интервьюировал ангелов и духов; не довольствуясь признаниями умерших, сам отведал клинической смерти.

В результате оказалось, что "по отрешении тела от духа, что называется смертью, человек остается тем же человеком и живет"!

"Человек, обратясь в духа, не замечает никакой перемены, не знает, что он скончался, и считает себя все в том же теле, в каком был на земле... Он видит, как прежде, слышит и говорит, как прежде, познает обонянием, вкусом и осязанием, как прежде. У него такие же наклонности, желания, страсти, он думает, размышляет, бывает чем-то затронут или поражен, он любит и хочет, как прежде; кто любил заниматься ученостью, читает и пишет по-прежнему... При нем остается даже природная память его, он помнит все, что, живя на земле, слышал, видел, читал, чему учился, что думал с первого детства своего до конца земной жизни..."

Чрезвычайно отрадное известие, не правда ли? Даже и слишком: вечной собственной памятью не отравится разве компьютер - и мало кому нужен тамошний самиздат... Но это мы еще посмотрим - а главное, главное: никто не исчезнет. По Сведенборгу выходит, будто исчезаем мы - просто из виду: не из пространства, но за горизонтом - всего лишь с точки зрения других; и теряем не себя - даже и не тело - а только сыгранную роль; расстаемся, правда, навсегда - слово ужасное! - но с кем? с чем? - с декорацией пьесы; ну, и с труппой, разумеется: прощайте, прощайте, действующие лица и исполнители!

При таких условиях смерть не страшней развода - или какого-нибудь железного занавеса: эмиграция в новую действительность, и больше ничего. Если никого не любить.

Но в том-то и дело, и погодите ликовать. Сведенборг утверждает, что все остается "как прежде" только на первых порах - обычно не дольше года. За это время умерший человек уясняет - из бесед с другими духами, а также в уединенных размышлениях: что или кого любил он при жизни - и весь преображается в ту любовь, которая над ним господствовала. И вот, те, кто любил благо и истину - то есть Бога и ближнего, - те потихоньку становятся ангелами, плавно погружаются в небеса и там ведут увлекательную жизнь, здесь непересказуемую. А кто любил и продолжает любить больше всего на свете зло и ложь - а именно материальный мир и самого себя, - такие без чьего-либо принуждения, по собственному горячему желанию летят вверх тормашками в ад, чтобы жить среди своих и наслаждаться на свой собственный лад: это дьяволы.

"...Когда дух по доброй воле своей или с полной свободой прибывает в свой ад или входит туда, он сначала принят как друг и потому уверен, что находится между друзей, но это продолжается всего несколько часов: меж тем рассматривают, в какой степени он хитер и силен. После того начинают нападать на него, что совершается различным образом, и постепенно с большей силой и жестокостью. Для этого его заводят внутрь и вглубь ада, ибо чем далее внутрь и вглубь, тем духи злее. После нападений начинают мучить его жестокими наказаниями и не оставляют до тех пор, покуда несчастный не станет рабом. Но так как там попытки к восстанию беспрестанны, вследствие того что каждый хочет быть больше других и пылает к ним ненавистью, то возникают новые возмущения. Таким образом, одно зрелище сменяется другим: обращенные в рабство освобождаются и помогают какому-нибудь новому дьяволу завладеть другими, а те, которые не поддаются и не слушаются приказаний победителя, снова подвергаются разным мучениям, - и так далее постоянно..."

Странно знакомая картинка, вы не находите? Необходимо добавить, что Сведенборг раньше Канта понял, насколько условны обычные представления о времени, пространстве и причинах. Он уверен - и уверяет, - будто небеса находятся внутри каждого из нас - и притом изрыты множеством адов.

Таким образом, и Сведенборг не особенно утешает. А как хотелось бы в последний момент - успеть подумать, что рано или поздно еще увидишься с кем-нибудь, с кем невыносимо разлучиться. По учению христианской церкви, как известно, такая встреча может состояться лишь в конце времен, после глобальной катастрофы - да еще найдем ли, узнаем ли друг друга в многомиллиардной толпе?

Но если верна гениальная формула Сведенборга: человек есть олицетворение своей любви, - то даже если неверна другая его догадка: будто человек после смерти навеки пребывает таким, каков он есть по воле своей и по господствующей в нем любви, - жизнь все-таки бессмысленна не вполне.

Как заметил один из внимательнейших читателей Сведенборга: "Разве для того, чтобы считать себя живым, нужно непременно сидеть в подвале, имея на себе рубашку и больничные кальсоны? Это смешно!"

Не знаю, корректно ли другой читатель - Клайв Стейплз Льюис - выводит из проблемы личного бессмертия моральный выбор между тоталитаризмом и демократией: "Если человек живет только семьдесят лет, тогда государство, или нация, или цивилизация, которые могут просуществовать тысячу лет, безусловно, представляют большую ценность. Но если право христианство, то индивидуум не только важнее, а несравненно важнее, потому что он вечен и жизнь государства или цивилизации - лишь миг по сравнению с его жизнью".

Лично я все-таки подозреваю, что Вселенная - тоталитарная система. Но из этого не следует, по-моему, что, убивая нас, она права. Просто она больше ничего не способна сделать с теми, кто стал олицетворением своей любви.

...