Книги вам точно понравятся
Книгогид это:
  • Доступ к тысячам книг
  • Персональные рекомендации
  • Рецензии пользователей
  • Авторские полки
больше не показывать
Василий Купцов «Последний леший»

Читать онлайн «Последний леший»

Автор Василий Купцов

Annotation

Похвастались богатыри Сухмат и Рахта, что привезут князю Владимиру живого лешего, однако сделать это оказалось непросто: по дороге приходится им сражаться с водяными чудовищами, упырями, волколаками, волхвами Перуна, коварными зороастрийскими жрецами. Совсем отчаялись бы герои, если бы с ними не было северного шамана Нойдака — простодушного и доверчивого человечка, управляющего такими могущественными силами, что справиться с ними порой не может даже владыка Мира Мертвых…

Василий КУПЦОВ

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Эпилог

Василий КУПЦОВ

ПОСЛЕДНИЙ ЛЕШИЙ

Героико-юмористические истории из жизни былинных богатырей.

Пролог

Ветер, несущий какой-то пыльный аромат степных трав. Вечер, небо без единого облачка. Духота, постепенно уходящая, ночной свежестью сменяемая…

Старый степной курган. Кто и когда его насыпал? Какой древний народ, оседло живший, али кочевавший в здешних степях? Кто лежит под этой тяжелой грудой земли? Эти вопросы могли бы прийти в голову кому угодно, но только не тем двум парням, что молча сошлись у подножия древнего кургана.

— Здесь и решим, — хмуро молвил один из них, огромного роста, невероятно широкий в плечах молодой человек. Подстать — и боевое облачение — на коробчатый панцирь одеты брони булатные, меч на поясе, да булава. Ну и булава! Велика… Лука не было — зачем он на честном поединке?

— Давно пора! — согласился второй витязь, — На заставе может быть один старший, и одного только слушать все должны!

Хоть второй воин и был поменьше ростом, да и плечами не так уж широк, никакого страха в его голосе не ощущалось. Чувствовалось, что витязь знает себе цену. Или, может, он просто забияка? Столько всего на себя нацепил — и меч с одной стороны, и сабелька — с другой, и тут кинжал, и там — такой же. За каждым кожаным голенищем — по ножу метательному, на руках — рукавицы железные…

— С мечами до крови или руками голыми чистой силою? — спросил тот, что повыше.

— С мечами… — коротко ответил другой.

— До крови иль до раны?

— До смерти!

— Слушай, Сухмат, не хочу я тебя убивать! Давай, будешь…

— Не буду, Рахта, я у тебя младшим — ни другом, ни братом!

— Ладно! — сказал Рахта и вытащил меч.

Его противник почти мгновенно выхватил свой клинок. Но не бросился вперед, а остался стоять в ожидании. Не спешил и Рахта, молча глядя на соперника. Оба медлили, следили за движениями друг друга. Это ж не сабельный поединок — где сошлись — и один мертв, и не кинжальный, где пляшут танец дикий, где все решает скорость да ловкость. Сейчас предстоял бой другого сорта. Все мог решить и один удар. Но тот, кто взмахнет мечом первым, первым и раскроется…

Первым начал Сухмат. Секунды ожидания сменились вечностью, и витязь не выдержал, первым бросился в нападение. Рахта не растерялся. Меч прочертил дугу слева направо, и на плече Сухмата появилась первая рана. Но тот, казалось даже не заметил этого. Ловко уйдя под удар, он сделал ложный выпад и толкнул Рахту плечом. Витязь покачнулся, но на ногах устоял. Зато пропустил мощный колющий удар. Доспехи, конечно выдержали, но в груди зарделся пожар, наверное треснули ребра. Капли пота скатились по лицу, Сухмат стиснул зубы и бросился на противника. Рахта не ожидал внезапного нападения от потерявшего ориентацию противника, меч двигался слишком медленно, а Сухмат летел, как молния и остановить его могло только чудо. И чудо случилось. Толи судьба распорядилась так, толи просто везение оставило витязя, но Сухмат вдруг споткнулся. Удар, способный рассечь противника надвое сорвался, и меч, прочертив дугу, снова опустился на плечо Рахте, лишь слегка покоробив доспех.

Удивительно, шло время, а противники, казалось, и не уставали. Впрочем, неизвестно, что там казалось. Руки Рахты были в крови — в своей крови, уже не один удар Сухмата достигал его предплечий — того самого места, куда бьет почти блокированный клинок. Пару раз закашлялся и Сухмат — у него уже было сломано одно или два ребра, да и ключица подозрительно побаливала…

Взошла луна — полная, круглая луна. К чему бы это? Богатыри и не подозревали, что сошлись в полнолуние. Все вокруг стало каким-то иным, не таким, каким было при дневном свете. И курган стал вроде бы выше, шире… Как будто бы даже пещера открылась посреди этой рукотворной горы. Но рассмотреть происходящее как следует — это значит отвлечься от смертельного поединка, пропустить удар! Поэтому странные изменения вокруг себя богатыри могли видеть только краешком зрения, основное же их внимание было сосредоточено друг на друге.

Удар, еще удар… Кто это рядом? Какой-то старик, очень высокий степняк в остроухой шапке. Или это не человек, или это дух — ведь, казалось, сквозь него все просвечивалось насквозь. Впрочем, это только кажется — при зябком лунном свете ничего наверняка сказать было нельзя. Не вмешивается, не мешает — и это хорошо! А то придется прервать бой…

Вот он, богатырский замах меча — в открытую, обоими руками из-за головы! Такой удар смертельно опасен для того, кто решится провести его в поединке один на один. Ведь пока идет замах, у противника есть время и возможность нанести свой, короткий решающий удар, да просто змеиный укус острием клинка в открывшееся на мгновение горло.

Рахта замахнулся, а Сухмат не стал колоть. Почему — неизвестно, может — замешкался, а может — считал ниже своего достоинства. Одно дело — в бою с врагами, другое дело — в поединке со своим. По этой, или по другой причине, но Сухмат посчитал нужным поставить блок, самый что ни на есть надежный блок, держа меч обеими руками — за рукоять с одной стороны, и посередине клинка — с другой, а сам меч расположив над головой. И вот он, главный удар. Богатырский замах и богатырский удар… Хруст. Это сломался меч Рахты. Богатырь оцепенел, на мгновение растерялся. Такое случается редко — чаще ломается подставленный меч, чем тот, который удар наносит…

Взмах меча Сухмата — безоружный Рахта увернулся, новый взмах — пришлось богатырю податься назад, и вот он уже на земле. А Сухмат не упустил своей удачи, вот уже и меч его наставлен острием на горло противника. Осталось совсем чуть-чуть. Но Сухмат медлил, медлил…

— Ну, добей же его! — услышал он глухой голос высокого старика.

— А тебе то что?

— Долго, долго я ждал предсказанного момента! — сказал старик торжественно, — Долго ждал меч-кладенец нового хозяина! Лишь кровь богатыря, добытая в поединке, отопрет древние заклятья… Быстрей перережь ему горло, прекрасный потомок степного рода! Напейся соленой крови, омой ладони свои, и откроют тебе твои руки, кровью умытые, камень затворенный! И будешь ты хозяином меча, равного которому на всем свете нет, не было и не будет!

Сухмат прямо таки обмер, слушая старика. Как будто бы вся кровь в нем забилась. Вот! Неужели сейчас наступит главный, лучший момент в его жизни?

— Какой еще меч? — спросил Рахта насмешливо. Близость смерти ничуть не пугала богатыря, — Где ж твой меч? Иль голову морочишь?

— Атахан никогда не говорил слов лживых! — сказал старик грозно, — Смотрите, вот он меч, который всем мечам меч, меч повелителя степей, а потому — владыки мира!

Появился свет, не яркий, какой-то голубовато-фиолетовый, как бы и не нашего мира вовсе. Да, теперь стало видно, что внутри раскрывшегося кургана есть пещера, а в ней — камень, сам золотистый, но светящийся другим, колдовским светом. Камень тот напоминал фигуру бабью, но, как будто бы, и камнем был при этом. Но вот заветный камень переменил цвет своего свечения, а потом стал сам каким-то полупрозрачным, и открылось богатырям то, что было у него внутри. А внутри был виден меч богатырский, да такой прекрасный, что любой муж ратный все бы отдал, лишь бы владеть им. Загорелись глаза Сухмата.

— Хочу я меч этот! Хочу! — сказал он громко.

— Так убей же врага своего, выпей крови его, да камень окропи! — повторил старик.

— Не враг он мне, а сородич! И не торк я, и не хазар, а рус!

— А чего ж тогда бой здесь смертный шел, бой, которого я так долго ждал? — спросил огромный старик.

— Потому что один должен быть над другими старшим! — сказал Сухмат.

— Двое старших — это нет старшего, — добавил поверженный Рахта, — и смерть всем в бою, коли нет у дружины атамана!

— Так вы не враги?

— Нет, друзьями бы были, коли один согласился бы стать… — не докончил Сухмат, взглянув с неожиданной надеждой на Рахту. Как будто бы ожидал — скажет ли тот слова, после который можно будет опустить меч…

— Древние боги удачу послали старому Атахану! — обрадовался старик, — Нет жертвы богам угодней, нежели лучший друг, на закланье принесенный, и руками собственными умерщвленный! Вяжи скорее руки другу своему, неси на камень, рви горло зубами острыми, и пусть камень крови той напьется. И быть тебе после этого вечным меча владыкой, а потому — и каганом великим…

Но не по нраву пришлись слова старика для Сухмата. Задумался он, потом бросил меч в сторону.

— Нет! — сказал он твердо, — Могу в бою я убить врага, могу татя пойманного сказнить, могу умирающему, смерти просящему, помочь. Но резать сотоварища своего, как волхи презренные, на камне жертвенном я не стану!

А Рахта, свободный теперь, уже стоял напротив, в ожидании.

— Пусть сила решит, да ловкость — сказал он.

— Пусть решит, — согласился Рахта.

И смертельно усталые богатыри бросились друг на друга. Недолго длилась их сватка, не пришлось им, как принято, долго водиться… Силенушки-то у Рахты было поболе, а Сухмат, с ним в сравнении, обладал лишь ловкостью. Но ушла ловкость, сменившись усталостью. Глаза уж заливал пот вперемешку с кровью, кто их разберет. Зажмурил глаза Сухмат на мгновение, а когда открыл, Рахта уже супротив стоял и руки его вцепились Сухмату в плечи. Не удержался тот на ногах и свалился наземь под напором противника. Коснулась спина земли, и больше с нею не рассталась. А Рахта навалился всем телом, ...