Читать онлайн "Вересковый мед"

Автор Оленина Виктория

  • Стандартные настройки
  • Aa
    РАЗМЕР ШРИФТА
  • РЕЖИМ
<p>Вересковый мед</p> <empty-line/><p>Виктория Оленина</p>

© Виктория Оленина, 2019

ISBN 978-5-4496-6194-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Посвящается

заслуженному учителю России,

преподавателю русского языка и литературы в школе 317

Адмиралтейского р-на С – Петербурга,

Потемкиной Тамаре Михайловне.

Вересковый мед.Том 1.
<p>Часть 1</p>
<p>Эксперименты</p>

Всю сознательную жизнь профессор Игорь Петрович Синельников проработал нейрохирургом. Скольких людей он спас от неминуемой гибели, пальцев на руках не хватит. К нему привозили пациентов из разных регионов, все сложные, почти безнадежные случаи. Пару раз его вытаскивали прямо из постели, один раз пришлось прервать отпуск и прямо с курорта срочно лететь в клинику. Игорь Петрович не отказывался никогда, это была его работа, дело, которому он служил, не щадя себя. Теперь у Синельникова была кафедра, он стал знаменитым и уважаемым педагогом, воспитал три поколения хороших хирургов. Настала наконец пора подвести итоги и отправиться на заслуженный отдых тем более, что Синельников, как опытный врач, понимал, что болен. Организм все чаще подавал тревожные звоночки, поэтому он начал задумываться о приемнике, или приемниках, способных продолжить работу в НИИ. Только одно обстоятельство мешало Синельникову. Он так и не продвинулся в своих исследованиях. Дело в том, что Игорь Петрович уже много лет занимался изучением человеческого мозга. Про эту важнейшую часть организма Синельников знал почти все. Он видел, что это настолько сложный механизм, что изучить его деятельность до конца не удастся никому. Но какие-то отдельные участки можно хотя бы попытаться понять, например, блок памяти. Не большой, в общем то участок, а какой объем информации содержит! Сшивая поврежденные сосуды и ткани во время операций, доктор Синельников все время задумывался, а вдруг он случайно соединит сосудики не так, как они должны соединяться от природы? Что получится в результате? Патология? Или какое-то событие выпадет из памяти человека, которого он оперировал? А если оно было важным? При благополучном исходе, пациент придет в себя после наркоза, к нему начнет возвращаться зрение, память, начнут восстанавливаться двигательные функции, а что-так и не вернется. Каким будет это «что-то»? Какая из возможностей памяти человека исчезнет как симпатические чернила на свету? А если это, наоборот, облегчит человеку дальнейшую жизнь? Этой теме и посвятил Синельников всю свою жизнь. Толчок дала очень давняя история, несчастный случай, который произошел с девушкой.

В тот злополучный день девушка вышла из своей парадной на улицу, сделала несколько шагов, и тут, прямо на нее сверху упал телевизор. Старый ламповый огромный, он вылетел с лоджии 8 этажа и упал на голову несчастной девушки.

Пострадавшую быстро доставили на кафедру Синельникова. Никто не был уверен в успешной попытке спасти пациентку, но Игорь Петрович совершил чудо. Несколько недель реанимации, стабильно тяжелое состояние, никаких прогнозов, и вот появились первые признаки жизни. Потом были долгие дни и ночи наблюдения за больной. Удивительно, но девушка шла на поправку, когда она открыла глаза, и смогла ими ответить на вопрос: «Вы меня слышите?», то есть прикрыла и открыла их, профессор понял, что к ней возвращается слух, восстанавливается деятельность мозга. Больная понимает, о чем ее спрашивают, значит и зрение восстановится, и, скорее всего координация тоже.

В дальнейшем девушка заново училась говорить, хоть вначале и не внятно. Самостоятельно принимать пищу она еще не могла, но двигательная функция рук обязательно вернется, в этом Синельников был уверен. И все было бы хорошо, но один эпизод испортил все, что было достигнуто с великим трудом. Медсестра везла девушку в процедурный кабинет. На этаже была небольшая площадка со скамейками, обтянутыми дерматином, кадушками с цветами и плакатами с информацией, а в середине красовался большой цветной телевизор. Вот он то и попался на глаза пациентке. Она замычала, затрясла головой, губы у нее задрожали, в уголках рта вспенилась слюна, забурлыкала, и голова несчастной, и без того слабо держащаяся на тоненькой шее, отвисла на бок. Медсестра завопила на весь этаж, сбежались все, и сестры, врачи, и больные, медленно прогуливающиеся по коридору. Синельников был в ужасе, он все понял: видимо, в момент получения травмы, девушка успела увидеть, что именно летит на нее сверху, просто не хватило реакции отпрыгнуть либо в сторону, либо резко назад. И теперь вид телевизора вызвал жуткое воспоминание, и как итог, она потеряла сознание. Но выжила. И снова работа, работа, без отдыха и покоя. С несчастной пациенткой поработал психиатр – гипнотизер, она перестала бояться телевизора, и продолжала лечение. Восстановились некоторые функции организма, все было благодаря доктору Синельникову. И все-таки произошел случай, резко разбудивший спящую память о том кошмаре, и от заново пережитого страха, у девушки остановилось сердце. Вот и все. Игорь Петрович чуть сам не схлопотал инфаркт.

И тогда в его голове родилась смелая идея. А что, если при операции попробовать убрать миллиметрик ткани из «блока памяти»? Тогда, возможно, воспоминание о чем-то очень плохом или страшном, «не уснет», не «приглушится «под влиянием гипноза, а исчезнет навсегда? О своей «безумной» идее он, естественно, никому не говорил. Но подготовился тщательно. Сделал предварительные расчеты и записи, и приступил к опытам, с использованием подопытных животных, конспектируя все наблюдения. Работать одному над этим было невыносимо тяжело, но привлекать кого-либо из коллег Синельников не хотел и не мог. Опыты успехом не увенчивались, животные – не люди, а переходить на человеческий мозг, он даже не помышлял. Даже в кошмарных снах нельзя увидеть того, что могло бы произойти, если бы свои изыски Игорь Петрович обнародовал и вынес бы их на ученый совет! В лучшем случае, он закончил бы свою жизнь в психиатрической лечебнице, а в худшем – в тюрьме!

Время летело незаметно, и доктор Синельников, заслуженный врач, заведующий кафедрой в НИИ, перешел в пенсионный возраст. Пора было подумать о приемнике, кто из его учеников сможет сменить на боевом посту стареющего, не совсем здорового профессора. Из большого количества учеников он выделил двоих, наиболее талантливых и еле устремлённых, Алексея Веденеева и Александра Балаганова. Оба давно и успешно трудились в клинике нейрохирургии. Синельников следил за судьбой этих ребят, потому что сразу после учебы, и тот и другой, встали к станку, как иногда шутят медики. Уже через полтора года слава о блестящих хирургах разнеслась по НИИ. Игорь Петрович гордился, что его ученики спасли уже ни одну жизнь.

Леша Веденеев с детства мечтал стать артистом. Он неплохо играл на пианино, обладал хорошим слухом, умел танцевать, и просто пластично двигаться. По окончании школы, он сразу же подал документы в театральный институт. Основательно подготовился к экзаменам – выучил монолог Гамлета, сделал фотопробу в костюме и гриме, окрыленный прибежал на экзамен и …. С треском провалился. Оказалось, что у него слишком стандартный типаж.

«Поймите, молодой человек, Вы не интересны. Серая мышь на сером фоне, у нас таких много. Ваше будущее амплуа – человек из толпы! Вы хотите всю жизнь провести в массовке? Вы слишком стандартны, Вас никто не увидит и не запомнит!» – объяснял Леше председатель приемной комиссии. Парень был в шоке. Так старался и вдруг…

«А что, для того, чтобы стать актером, обязательно нужна внешность Фернандо?» – обиженно спросил он.

«Да, только не Фернанделя, он уже есть, вернее, был. А повторяться нельзя, пережеванное не вкусно. Нужна индивидуальность, всего доброго!» -ответил председатель и ушел.

От расстройства и обиды Алексей поступил в медицинский институт, попал на кафедру Синельникова и стал хирургом. В нем проснулась вдруг спортивная злость, и чем обиднее ему было за то, что судьба так безжалостно лишила его мечты, тем крепче вгрызался он в науку, от которой, как ему казалось, он был так далек. На удивление самому себе, Алексей Веденеев с каждым днем влюблялся в свою профессию все больше и больше. Иногда он задумывался, а может это и есть его призвание? Не лицедейство, а спасение людей? Каждый успех, каждую победу над болезнью или смертью, Алексей воспринимал, как победу над своими первыми страхами, а страхи были, вдруг что-то пойдет не так, вдруг он совершит ошибку, которая будет стоить жизни пациенту? Но он тут же вспоминал наставления профессора Синельникова «Что за раскисание? Ты не имеешь права бояться! Ты знаешь, что нужно делать и умеешь это делать! Вперед!»

В студенческие годы все ребята с его курса жили в общежитии. В гости к ним мало кто ходил. Человека, далекого от медицины, их «черный «юмор» вгонял в шок.

С девушкой Аней Леша познакомился на одной вечеринке, и они стали встречаться. Однажды он все-таки зазвал Аню в гости, купил торт, заварил чай. Ребята поставили стол на середину комнаты, накрыли его кружевной скатертью, и стали ждать девушку, которая обещала придти с подругой. Леша сразу предупредил друзей: «Если, не дай бог, кто-нибудь ляпнет, что чай в заварнике цвета мочи при гепатите, воткну в задницу скальпель! И так всех распугали своими медицинскими шутками!»

Мирно пили чай с тортом, шутили, смеялись, рассказывали смешные истории. Пока не вернулся приятель Алексея Саша, которого все в шутку называли «Шура Балаганов» как героя Ильфа и Петрова из «Золотого теленка». Саша действительно носил фамилию Балаганов. Он гостил у дальней родни на выходных, и возвратился с большущей сумкой провианта, который тетушка ему нагрузила с собой.

Сашка поставил сумку и поприветствовал всех. Взгляд его остановился на Ане. Девушка слегка с ...