Читать онлайн "Избранные произведения в одном томе"

автора "Жванецкий Михаил Михайлович"

  • Aa
    РАЗМЕР ШРИФТА
  • РЕЖИМ

Михаил ЖВАНЕЦКИЙ

Избранные произведения

в одном томе

Михаил Маньевич Жванецкий появился на свет в семье врачей. Отец — Мане (Эммануил) Моисеевич Жванецкий — хирург, мать — Раиса Яковлевна Жванецкая — стоматолог. О своем детстве писатель говорил так: «Что-то очень солнечное, пляжное… Пока не грохнула война. Дальше — поезд, Средняя Азия, школа, Победа, возвращение в Одессу». Михаил Жванецкий окончил Одесский институт инженеров морского флота, получив специальность инженера-механика подъемно-транспортного оборудования портов. Уже во время учебы Жванецкий основал свой театр — студенческий театр миниатюр «Парнас-2».

На вечера в студенческий театр Жванецкого попасть было проблематично, концерты проходили в полностью заполненных залах. Жванецкий писал миниатюры и монологи, которые потом сам исполнял. После окончания учебы в институте, он работал в Одесском порту механиком, после инженером подъемно-транспортных механизмов на заводе «Продмаш». «Восемь лет погрузки-выгрузки, — вспоминает Михаил Маньевич, — разъездов на автопогрузчике, сидения в пароходе, в трюме, в угле, когда видны только глаза и зубы. Там я мужал…»

Затем Михаил перешел работать в Центральное проектно-конструкторское бюро. Через некоторое время Михаил Жванецкий познакомился с Романом Карцевым, а позже с Аркадием Райкиным. Райкин взял произведения Жванецкого в репертуар своего театра. Позднее Аркадий Исаакович пригласил Михаила Жванецкого работать в своем театре в должности завлита. Настоящая известность пришла к писателю после того, как Райкин начал самолично исполнять миниатюры Михаила. Чуть позже под руководством Аркадия Исааковича Райкина, театр поставил программу «Светофор» по произведениям Михаила Жванецкого. В программе звучали легендарные миниатюры: «Авас», «Век техники», «К пуговицам претензий нет».

Работая в театре Райкина, Жванецкий писал миниатюры и монологи для Романа Карцева и Виктора Ильченко. Михаил Маньевич, обретя свой индивидуальный стиль, понял, что может работать самостоятельно. Жванецкий покинул театр Аркадия Райкина. В 1970 году Михаил Жванецкий, совместно с Романом Карцевым и Виктором Ильченко, создали Театр миниатюр в Одессе. Театр пользовался успехом у зрителя. В это время Жванецкий работал артистом разговорного жанра. Он был приглашен в Московский театр миниатюр на должность помощника главного режиссера. Пару лет Михаил Маньевич был режиссером-постановщиком Государственного концертно-гастрольного объединения «Росконцерт». Позже был приглашен в издательство «Молодая гвардия» литературным сотрудником. В конце 80-х писатель создал театр миниатюр в Москве, где стал его художественным руководителем. В театре были сыграны спектакли по таким произведениям писателя, как «Птичий полет», «Избранное», «Политическое кабаре», «Искренне ваш», «Моя Одесса», «Бенефис», «Престарелый сорванец» и многие другие.

Михаил Жванецкий — автор знаменитых миниатюр: «Не пойму, что с людьми происходит», «День, полный жизни», «Только приятное», «Физкультурно-одаренный», «У меня все хорошо», «Слова, слова…», «Странный мальчик», «Города», «Как лечат стариков», «Сила слова», «В век техники», «Диспут», «Ваше здоровье?», «Пить вредно».

Жванецкий Михаил Маньевич является народным артистом Российской Федерации и Украины. Лауреат премии Президента Российской Федерации в области литературы и искусства, лауреат премии «Триумф». Писатель имеет орден «Дружбы народов». Сатирик входит в состав Союза писателей СССР и России, является президентом Всемирного клуба одесситов. Почетный гражданин Одессы. Написал несколько книг и сборников («Встречи на улице», «Год за два», «Когда нужны герои», «Моя Одесса», «Одесские дачи»), выпустил 4 тома «Собрание произведений»…

ЛИЧНАЯ ЖИЗНЬ

Михаил Жванецкий был в официальном браке один раз. Супругу звали Лариса. Далее отношения с женщинами писатель не регистрировал. Так, в гражданском браке он жил с Надеждой Гайдук, которая родила писателю дочь Елизавету. Следующую неофициальную жену звали Венера. У супругов есть сын Максим. Последняя супруга Наталья работает костюмером. Наталья родила Жванецкому сына Дмитрия.

Михаил Жванецкий очень любит произведения Чехова, Селинджера. Слушает музыку Голливуда 40-х годов. Ему нравится творчество группы «АББА». Из спорта предпочитает волейбол. Любимыми артистами писателя являются: Станислав Любшин, Алиса Фрейндлих, Роман Карцев. Михаил Маньевич любит одесскую еду, горячих раков с холодным пивом.

В настоящее время писатель живет и работает в Москве, гастролирует по миру.

ОТ АВТОРА

Я не собирался быть писателем и, видимо, им не стал. Правда, в молодости была какая-то веселость, привычка к смеху вокруг себя.

Мы смеемся вместе. Вы смешите меня, потом этим же я смешу вас. Приятно, что мои рассказы стали привлекать публику, для чего большое значение имеет интонация. Мы так и жили все эти годы: говорили одно, думали другое, пели третье. Опровергали слова жестом, придавали другой смысл интонацией, и самому хотелось уцелеть и сохранить сказанное.

Три-четыре раза что-то печатали, но после публикации компания как-то рассыпалась.

А еще, говорят, это нельзя читать глазами. А чем? Мне нетрудно было читать вслух, и я ушел на сцену. Нашел свой школьный легкий портфель, набил руку, появилось актерское мастерство. Начал подмигивать и ругаться, если кто-то что-то не понимал: ну и публика сегодня. По рукам пошли записи. «Эх, — вздыхало начальство, — вы способный человек, но эти пленки…» А что мне с пленками — издавайте.

Я пытался расставить написанное последовательно или по темам. Чем можно связать разрозненное? Своей жизнью. Концовку додумаете сами.

А я, разбив написанное на главы, приглашаю вас к чтению. Если будет трудно читать, мой голос поможет вам, как вы помогали мне все мои трудные годы.

ДВАДЦАТЫЙ ВЕК

Действительно

Действительно. Данные потрясают своей безжалостностью. Тридцать пять рокiв творческой, тридцать пять рокiв производственной деятельности и где-то шестьдесят общей жизни с ее цветными и бесцветными страницами. Как же прошли эти двадцать пять, если считать с 88‑го, и тридцать пять, если с 54‑го года.

Позвольте перейти к общим рассуждениям. Хочется сказать: в наших биографиях отразилась биография всей страны, годы застоя были для нас годами расцвета, то есть годы нашего расцвета пришлись как раз на годы застоя.

В голове фраза: «Раньше подполье было в застолье, потом застолье в подполье».

Я сам, будучи большим противником дат, юбилеев, годовщин, паспортов, удостоверений и фотографий, никак не желаю подводить итоги, ибо после этого как-то неудобно жить дальше.

Познакомились мы з Ильченко где-то в 54‑м году. Я их всех постарше буду. У нас, значит, так: Роман поярче на сцене, Виктор — в жизни, я весь в мечтаниях, поэтому меня надувает каждый, на что я непрерывно жалуюсь через монологи и миниатюры.

То, что творится на сцене, вам видно самим, поэтому про Ильченко. То есть человек, перегруженный массой разнообразных знаний. Там есть и как зажарить, и как проехать, и как сесть в тумане, и куски из немецкой литературы, какие-то обрывки римского права. Плохо, что эти знания никому не нужны и даже женщины любят нас за другое, а напрасно. Мне нравятся в Ильченко большая решительность, безапелляционность, жажда действовать, что безумно завораживает тех, кто его не знает.

Приехал он в Одессу чуть ли не из Борисоглебска, аристократически прельщенный шумом и запахом морской волны. Я сидел в Одессе, тоже прельщенный этим, и мы сошлись. Извините, у меня все время в голове фраза: «Партия вам не проходной двор». Секундочку…

Так вот, с детства мы трое мечтали связать свою жизнь с морем и связывались с ним неоднократно, но мечту осуществим, видимо, сразу после жизни.

Роман знает значительно меньше, но все применяет, я знаю мало, но применяю больше. А Ильченко свои знания никогда применить не может, поэтому тащит их за собой и пугает ими одиноких женщин. Тем не менее сколько написано по его идеям и хорошего и плохого, сколько неудачных миниатюр создано по его замыслам. Нельзя также не отметить облагораживающую роль его фамилии в нашей тройке. Представляете: Кац, Жванецкий и Ильченко! Расцветает снизу вверх. Извините, эта фраза: «Партия вам не проходной двор, товарищи! Закройте дверь, мы закончили разговор!.. Что у вас там?..»

Мы с Ильченко познакомились где-то в 54‑м году в Одессе, а с Карцевым сошлись где-то в 1960 году. И конечно, конечно, наша жизнь всю жизнь была связана с Ленинградом. Без лести скажу, здесь как нигде публика чувствует талант, и так же безошибочно его чуяло начальство.

Как появились мы в 58‑м году на этой сцене, так перманентно и продолжаем и до сих пор. Как тяжело даются слова: «тридцать лет тому назад». И хотя эту молодость не назовешь счастливой, но что нам был дождь, что снег, что проспект Металлистов, когда у нас впереди была репетиция с Райкиным.

В 60‑м Райкин приехал в Одессу, мы ему опять показали себя, и я видел, как на сцене тронулся Кац, как он сошел с ума, что-то с ним стряслось: остановившийся взгляд, сумасшедший вид.

— Что с тобой? — спросил я заботливо-завистливо, как всегда.

— Астахов передал, что Райкин передал: завтра прийти в санаторий Чкалова в одиннадцать утра.

Для человека, с трех раз ...