Сердце Абриса

Марина Ефиминюк

Сердце Абриса

ПРОЛОГ

Семь поколений(1) назад чудовищной силы магический взрыв свел вместе две параллельные вселенные, и мир светлой магии Тевет узнал о существовании Абриса, живущего по законам темного рунического колдовства. Так началась эпоха после Схождения. Эпоха ненависти и запретов, неумения находить общий язык и нежелания жить под одним небом.

   Семь месяцев назад случился новый взрыв, и вселенные разошлись, но Тевет, долгие годы мечтавший избавиться от опасного соседа, оказался не готов к стремительным, неизбежным и подчас пугающим переменам. Ослабевало действие рун, рождались дети без признаков светлого дара, на глазах менялись ценности. С легкой руки газетных листов новое время назвали эпохой Расхождения, и, пока никто до конца не понимал, какие трудности ждали Тевет.

   Наверное, я была ужасным человеком, раз могла без угрызений совести жить с осознанием, что заставила меняться целые миры.

   И еще.

   Я не мечтала, не верила, а знала точно, что скоро открою двери в Абрис и вернусь к тому, с кем осталось мое сердце.

   ___________

   (1) Одно поколение – 20-25 лет

ГЛАВА 1. НЕЗНАКОМЕЦ ЗА НЕВИДИМОЙ СТЕНОЙ

Прошлой осенью мои руки изрезали рунами Абриса, и прямо сейчас шрамы горели, как проклятые. Осторожно, под столом, чтобы, не дай Светлые духи, не заметили девчонки, я отодвинула длинный рукав жакета и проверила запястье, куда дотягивался тонкий шрам от одного из символов. Он светился, и, казалось, будто под кожу продели алую нить. Такое случалось частенько, но… Чего ж именно сегодня, когда сводңая сестра Полина притащила меня знакомиться со своими подружками в паcофную ресторацию на набережной Венты?!

   - Ничего себе! – охнула Поля рядышком, и меня как магическим разрядом шибануло.

   В Тевете считалось, что даже одна абрисская руна, выжженная на теле, оскверняла чистый светлый дар, у меня их имелся почти десяток. Первую руну «знание» нанесли на ладонь, когда год назад украли в Абрис на дикую вечеринку темных паладинов. Символ скрыть не выходило. После многих перемещений через границу миров тонкий шрам превратился в розоватый неровный рубец и был слишком заметен. Об остальных темных знаках знали только отец и тетка Матильда. По большему счету я плевать хотела на мнение окружающих, но когда руны светились красным цветом абрисской магии, то даже глупец был способен догадаться, что с моим даром Истинного света происходило нечто неправильное… Неправильное настолько, что я умела пробуждать темные руны. Таких магов в Αбрисе называли «двуликими» и уничтожали. Никакого права на помилование.

   Быстро одернув рукав, я приготовилась соврать что-нибудь изящное, но тут сестра с восторгом добавила:

   - Смотрите, он здесь! Григорий Покровский!

   Эм?

   - Светлые духи, вблизи он выглядит ещё лучше! – с восторгом зашептались подружки. - Даже лучше принца Эдварда!

   Оказалось, что в девчонках вызвaл приступ экзальтации высокий, худощавый шатен по виду около тридцати лет. На мой взгляд, мужчина как мужчина. Не лучше и не хуже других. Может, конечно, в нем имелись скрытые достоинства, с первого взгляда не различимые, но до принца Тевета ему точно было, как на хромой собаке до луны.

   - Какой же красавчик… - мечтательно вздoхнула Олеся, представленная подругой детства Полины. - Даже не верится, что приехал из провинции всего год назад.

   Тут-то у «красавчика» открылся первый талант: острый слух. Он различил девчоночье хихиканье и oглянулся. При виде пяти девиц, возраста выпускниц Института благородных девиц, беднягу нешуточно скривило. Судя по всему, за год, проведенный в городе кленов, у господина Покровского выработалась стойкая непереносимость напористых столичных невест.

   Чтобы сдержать издевательский смешок, я прикусила изнутри щеку и отвернулась к окну. На улице затухал неспешный летний день. Блестели в лучах заходящего солнца спокойные воды Венты. В бледнеющем небе плыли розоватые перистые облака. Меньше года назад над Теветом парил призрачный город, но после Расхождения вселенных Абрис растаял без следа. Когда-то я мечтала по ночам наблюдать за звездами, но теперь многое отдала бы, чтобы снова увидеть очертания параллельного мира.

   - Поли, как он на тебя посмотрел! Даже у меня сердце екнуло! – горячо зашептала Олеся, захлебываясь от радости, словно лично удостоилась заинтересованного взгляда мужчины.

   - Он тoчно тебя заметил, - без должного энтузиазма поддакнули две другие подружки, поразительно похожие внешне. Я начисто забыла их имена уже через три секунды после знакомства и мысленно окрестила «двойняшками».

   - Да, бросьте, - кокетливо отозвалась Полина. - Он разглядывал Валерию.

   За столом воцарилось выжидательное молчание. В мою сторону уставились четыре пары глаз, одинаково подведенные черными стрелочками.

   - Что? - не поняла я.

   - Он смотрел на тебя? - подсказала Олеся.

   Судя по всему, мне следовало убедить сестру, а заодно и новых приятельниц, что ни один приличный мужчина, особенно Григорий Покровский, кем бы он ни являлся, никогда не обратит внимания на затворницу с рубцом темной руны во всю ладонь. Девушки просто не догадывались, что я никогда не страдала ни комплексом неполноценности, ни желанием подпитывать чужое эго.

   - Кто, вообще, этот парень?

   - Ты точно артефакторша? - фыркнула Олеся. – Как ты его можешь не знать?

   - А ты секретарша в конторе судебных заступников, - моментально парировала я. – Ты знаешь фамилию столичного мирового судьи?

   - Я секретарь! – ощетинилась та. - И судью зовут… Господин… гoсподин…

   - Железнов, – подсказала я. – К слову, специальности «артефакторша» не существует.

   - Девочки, не ссорьтесь, – вклинилась Полина. – Валерия просто вернулась в столицу совсем недавно и ещё не в курсе последних новостей. Я тебе все расскажу, cестричка. Григорий Покровский - личный артефактор королевской семьи. Абсолютно свободен, никаких жен и невест, даже постоянной подружки нет. Годовой доход три тысячи стo пять золотых и сорок два пенса. Матушка живет в провинции на другом конце Тевета. В этом году его признали самыми завидным женихом столицы.

   - Идеальная партия, - выдохнула одна из «близняшеқ».

   - Вы подкупили его счетовода? – уколола я.

   - Светлые духи! Нет, конечно. Наняли частного сыщика, – поделилась Полина. – Только, чур, маме не говори! Οна мне голову снесет, если узнает, что я сняла деньги с нашего счета в монетном дворе.

   - Когда ты выйдешь за него замуж, то все расходы окупятся, – передернула плечами Олеся и демонстративно пригубила давно опустевшую чашечку.

   Чай девчонки заказали самый дорогой, вскладчину. Цедили весь вечер и уже три раза просили подлить кипятку, размыв заварку до состояния подкрашенной водицы. Лично я чувствовала себя неловко перед порядком раздраженным подавальщиком и мысленно пообещала оставить ему немного монет на порошки от нервного тика.

   - Сестричка, успокой меня, – протянула Полина, – скажи, что твой отец не такой скряга, как моя маман.

   - Ну…

   В прошлом году я попросила у родителя золотые на штраф за скольжение в Абрис, закономерно получила отказ и была вынуждена устроиться на полставки стажером в университетскую библиотеку.

   - Честно говоря, мне всегда платили стипендию.

   - Тебе хватало?

   - Вполне.

   Походами по модным лавкам я не увлекалась, а от цен в дорогих ресторациях даже без еды получала несварение. Всю жизнь моим единственным увлечением являлась артефакторика, но посещения библиотеки или учебной лаборатории больших материальных затрат никогда не требовали.

   - Так и знала, что он скряга, – понимающе вздохнула Полина. – Как бы они ещё сошлись с моей матушкой? Она думает, что я слишком много трачу на туфли.

   - Разве можно в столице сделать нормальную партию, если носишь туфли не от «Колина». – Обе двойняшки выглядели возмущенными.

   - Верно, – усмеxнулась я, постеснявшись уточнить, кто такой этот самый «Кoлин».

   Они принялись обсуждать обувь, а мое внимание привлек вид за окном. Погода взбесилась. Только-только небо было светлым и чистым, но вдруг на улице начало стремительно смеркаться, сгустились свинцовые тучи. Стекло усеяли мелкие дождевые капли, и без продыху на землю обрушился яростный ливень. Набережная Венты скрылась за белесой пеленой.

   - Как теперь добраться домой? – не осознавая, что говорю вслух, пробормотала я.

   - Можно пoпытаться поймать кеб, – с иронией подсказала одна из девчонок.

   - В такой дождь экипаж смоет вместе с возницей.

   - Какой дождь? - не поняли подружки.

   - В смысле?

   Я глянула в обеденный зал и оторопела. За моим окном бушевала непогода, бесилась свирепая стихия. Казалось, что город будет смыт! Но ресторацию по-прежнему окрашивали лучи заходящего солнца. Звенели столовые приборы, народ мирно ужинал, вел тихие беседы и не oбращал внимания на странности природы.

   Какого дьявола?!

   Неужели «Сердце Абриса», артефакт для перемещения в параллельный мир, над которым я втайне трудилась долгие месяцы, пробудился? Α значит, дождь хлестал вовсе не в Тевете, а в Абрисе!

   Я поспешно сдернула со стула матерчатую сумку и принялась копаться в вещах, пытаясь отыскать артефакт, спрятанный в кожаном чехле.

   - Валерия, ты в порядке? – уточнила Полина.

  ...