Читать онлайн "Охотники на «Тигров»"

автора "Градов Игорь Сергеевич"

  • Aa
    РАЗМЕР ШРИФТА
  • РЕЖИМ

Даниил Веков

Охотники на «Тигров»

© Веков Д., 2018

© ООО «Яуза-Каталог», 2019

* * *

Памяти деда, Тимофея Васильевича Голдова, погибшего под Ленинградом.

Пролог

В лесу было душно, жарко, солнце пекло невероятно, от него не спасали даже сосны – их ветви качались слишком высоко, почти не давая тени. Густо пахло нагретой землей, иголками и мхом, а еще нудно звенели комары: несмотря на конец августа и близкую осень, вились вокруг людей и нагло атаковали – совсем как юркие, быстрые «мессершмитты».

– Ненавижу этих насекомых! – раздраженно произнес Адольф Гитлер, прихлопнув очередного наглеца у себя на руке. – Не дают спать. Даже москитная сетка от них не спасает – пролезают сквозь малейшие щели в окнах.

– Что делать, мой фюрер, это природа! – сочувственно заметил командующий группой армий «Север» генерал-фельдмаршал фон Кюхлер. – С комарами очень трудно бороться!

– У вас под Ленинградом их тоже хватает? – поинтересовался Гитлер.

– О, их там намного больше! – протянул Кюхлер. – Вокруг сплошные болота, торфяники, речки – в общем, очень много воды. Весной, как только потеплело, сразу же вылетели на охоту. И летают до сих пор… Причем не только поодиночке или маленькими группками, как здесь, но и целыми эскадрильями и воздушными армиями. И даже наш дорогой Геринг со всем своим Люфтваффе не спасет от них! Хотя, конечно, было бы неплохо, если бы его асы хоть немного уменьшили комариные армады. Но пока приходится их терпеть!

Фюрер чуть улыбнулся – шутка про Геринга ему явно понравилась. Однако настроение не сильно изменилось – уже который день он чувствовал себя крайне неважно: постоянные головные боли, раздражительность, нервные срывы, озлобленность… Тяжелая, липкая духота и жара не давали спать, а тут еще эти комариные полчища! Зря, наверное, он согласился на Винницу, надо было сделать ставку в другом месте. Конечно, здесь отличный сосновый бор, прекрасный воздух, но… Жара и проклятые комары все портят. Просто с ума можно от них сойти!

Фюрер посмотрел вверх, на бездонное синее небо (ни одного облачка!) и решил, что погулял уже достаточно. Врачи рекомендовали ему совершать ежедневный моцион, и он строго следовал их советам: ходил по лесу полчаса утром, после завтрака, и столько же днем, после обеда. А затем возвращался к себе в коттедж и работал.

В небольшом кабинете (он же – комната для совещаний) просматривал донесения с фронта, читал бумаги, писал письма…

Сейчас ему предстоял нелегкий разговор с командующим 11-й армией Эриком фон Манштейном. И опять – по поводу проклятого города, который вот уже второй год никак не удается взять. Ни голодом задушить, ни воздушными налетами уничтожить, ни артиллерийскими обстрелами стереть с лица земли. И не сломить сопротивление защитников – жителей и военных. Однако теперь все должно быть иначе: он твердо решил покорить Ленинград. Поэтому и пригласил к себе в ставку двух крупнейших военачальников Третьего рейха – фон Кюхлера и Манштейна.

Последний только что вернулся из Румынии, где у него был короткий отпуск. Что и говорить, заслужил – герой Крыма, покоритель Севастополя и Керчи! И, между прочим, очень опытный специалист по взятию неприступных крепостей. За свои заслуги фон Манштейн недавно получил звание генерал-фельдмаршала – вполне справедливо…

Значит, ему и следует поручить штурм Ленинграда, решил Гитлер, а то одному Георгу Линдеману никак не справиться. И даже серьезное пополнение 18-й армии людьми и техникой ему не поможет – нет уже у генерал-полковника прежнего задора и уверенности, с которыми когда-то наступал на Ленинград. Что является весьма и весьма прискорбным…

Линдеман в последнее время совсем потерял инициативу, топчется у стен города, но никак не решится на штурм… А ведь совсем недавно за храбрость и геройство, проявленные на Восточном фронте, его удостоили немалой чести: переименовали Гатчину в Линдеманштадт. Видимо, поспешили. Хотя да – в ликвидации большевистского прорыва у Любани он сыграл важнейшую роль: 18-я армия смогла достаточно быстро уничтожить значительную часть русской Второй ударной, а генерал Власов сам сдался в плен…

Но это было все в прошлом, теперь же надо думать о будущем. Причем самом ближайшем: перед 18-й армией стоит важнейшая задача – прорваться вдоль западного побережья Ладожского озера и соединиться, наконец, с войсками маршала Маннергейма. И, таким образом, полностью замкнуть кольцо вокруг упрямого города. Линдеман должен за месяц-полтора разгромить Ленинградский фронт, овладеть, совместно с финнами, городом и ликвидировать Балтийский флот. У операции, между прочим, очень неплохое название – «Волшебный огонь»…

Сейчас для нее самое удобное время: вермахт стремительно наступает, германские дивизии всего за месяц разгромили советские Брянский, Юго-Западный и Южный фронты, продвинулись более чем на четыреста километров… А еще – овладели Донбассом, взяли Ростов-на-Дону, развернулись в большой излучине Дона. Панцергренадеры 14-го танкового корпуса уже заливают волжскую воду в радиаторы своих машин. А впереди им видны рабочие окраины и заводы Сталинграда…

Скоро 6-я армия Паулюса и 4-я танковая Гота обойдут город Сталина и окончательно перережут главную водную артерию России, связывающую ее промышленный центр с Закавказьем и Средней Азией. И тогда поражение Красной армии станет неизбежно. Тем более что она за последние два месяца понесла огромные потери – почти полмиллиона человек, две с половиной тысячи танков, четырнадцать тысяч орудий и минометов… Вряд ли сможет уже восстановиться! Генерал-полковнику Вейхсу осталось совсем чуть-чуть: взять Сталинград и спуститься вдоль Волги до Астрахани. К концу осени 1942 года он должен встать на линии Ленинград – Сталинград – Астрахань, как и было запланировано с самого начала…

…Дела под Сталинградом идут просто замечательно, пора заняться дальнейшим наступлением германских войск в Иран и на Ближний Восток. Генерал-фельдмаршал Лист, командующий группой армий «А», скоро овладеет всем восточным побережьем Черного моря и лишит Советский Союз важных портов. Нужно как можно скорее овладеть Майкопом, Армавиром и Грозным (это горючее для танков и самолетов!), прорваться через Кавказские перевалы на юг, оседлать Военно-Грузинскую дорогу и к середине осени выйти к Каспийскому морю и Баку. Тогда мы захватим не только богатейшие нефтяные месторождения Советов, но и, что важнее, прорвемся в Иран, оставив без топлива и саму Британию. Ну, а потом – стремительный рывок к столь желанной, сказочной Индии! И с ее утратой падение Соединенного Королевства станет неизбежным…

Черчилль, конечно, никогда не пойдет на мир, думал Гитлер, немедленно подаст в отставку, это будет очень хорошо. Наконец вместо упрямого бульдога к власти в Британии придут здравомыслящие люди! «Партия войны» сменится «партией мира», и новый глава правительства (надеемся, им станет наш большой друг Ллойд Джордж) выберет мир. Мы, конечно, пойдем на мирные переговоры, причем с почетными для британцев условиями. Пусть сохранят лицо, раз им так важно! В конце концов, бритты тоже принадлежат к арийской расе, по сути, наши двоюродные братья… Нет никакой причины, чтобы драться с ними, надо прекратить, наконец, эту бессмысленную, кровавую бойню, длящуюся уже почти три года. У нас, европейцев, по большому счету, один общий враг – русские варвары, чьи бесчисленные орды угрожают существованию самой цивилизации. Вот с ними (а не друг с другом!) и нужно бороться, причем решительно и беспощадно, до полного уничтожения!

* * *

…От этих мыслей фюреру сделалось немного лучше, и он улыбнулся. А потом предложил фон Кюхлеру проследовать в коттедж – чтобы перейти непосредственно к делам. Там их ждал Эрих фон Манштейн.

В скромной комнате (письменный стол, книжный шкаф, камин, стол для совещаний с разложенными картами) было гораздо прохладней, чем в лесу, и Гитлер вздохнул с облегчением. Все-таки жара основательно надоела. Он за руку поздоровался с Манштейном (знак особого расположения!) и показал на стул – садитесь. Однако генерал остался стоять.

Фюрер переложил карты с места на место, нашел нужную – окрестности Ленинграда. И неожиданно перешел на крик:

– Год! Уже почти год Петербург находится в блокаде, а его жители гибнут от голода. И что? Умирающий город держит за горло сытых, живых людей! Я имею в виду – наши 16-ю и 18-ю армии, а также воздушный флот Рихтгофена. Получается, что это не мы окружили русских, а они – нас. Одиннадцать месяцев большевики не дают возможности сотням тысяч немецких солдат принять участие в операциях, которые должны решить, наконец, исход войны! Ленинград и Сталинград – это само олицетворение большевистской власти, они должны быть непременно взяты. Судьба Сталинграда, можно сказать, уже предрешена, еще несколько недель – и с ним будет покончено, но Ленинград вонзился в тело моих войск, как отравленная стрела. Я спрашиваю вас, Манштейн, вы сможете вынуть ее? Эту стрелу?

Командующий 11-й армией, естественно, кивнул. Хотя, если честно, мысль, что его армию перебрасывают для взятия города на Неве, совсем его не радовала. В июле генерал тщательно, вместе со своим штабом, проработал план форсирования Керченского пролива и высадки на Тамань, однако, когда через месяц вернулся из Румынии, оказалось, что эти бумаги можно спокойно выбросить в урну.

У фюрера возникла новая идея – перекинуть 11-ю армию и всю тяжелую артиллерию, освободившуюся после взятия Севастополя, под Ленинград. Часть войск и мортиры уже отправились, часть – толь ...