Самый опасный возраст

Ирина Мясникова

Самый опасный возраст

Дарья Александровна Смирнова, фармацевт, двадцати двух лет отроду откровенно недолюбливала старух. Разумеется, в культурной столице России, городе Санкт-Петербурге трудно встретить настоящую бабулю, то есть, уютную такую старушку в белом платочке с румяными щёчками и добрыми глазами. Таких бабуль обычно изображают на иллюстрациях к детским сказкам. В Питере же всё больше попадаются ухоженные дамочки почтенного возраста в манерных кепи или шляпках, имеются также престарелые тётки в мохеровых шапках, которых в последнее время часто показывают по телевизору на разнообразных протестах оскорбленной чем-то общественности, но еще присутствуют и старухи. Старуха может оказаться и в манерном кепи, и в простецкой мохеровой шапке. Главное её отличие от остальных престарелых особей женского пола – злоба и почему-то невероятная глупость. Злоба странным образом сочетается в старухах именно с глупостью. Конечно, глупость старух можно было бы объяснить старческим маразмом, деменцией, болезнью Альцгеймера и прочими заболеваниями головного мозга, но Дарья подозревала, что дело не в болезнях. Если женщина с юности глупая и злая, то со временем эти качества в ней прогрессируют, и она непременно превращается в старуху. Она может быть бедной или богатой, образованной или не очень, итог всё равно один – Гарпия, ну, или ведьма, если вам угодно.

Старухи с завидной регулярностью отравляли жизнь Дарьи Смирновой, являясь к её месту работы, в аптеку торгового центра, расположенную рядом с гипермаркетом. Торговый центр находился в большом спальном районе одной из новостроек Санкт-Петербурга. Покупателей было много, соответственно и старухи среди них тоже были представлены в ассортименте. Как и положено, большинство посетителей аптеки возмущались ценами или отсутствием нужных лекарств, но только старухи обвиняли в этом именно Дарью и грозили ей прокуратурой. Только старухи требовали вернуть им деньги за лекарства, которые почему-то не помогают. Причём излагали они свои требования громко, периодически впадая в истерику, и грозно сверкая глазами.

Заведующая аптекой Светлана Ивановна, имеющая огромный стаж борьбы со старухами, разумеется, инструктировала сотрудниц аптеки, как выживать в этой борьбе, но и её опыт не всегда мог помочь. Ну, как тут сложишь пальцы в замысловатый кукиш, чтобы защититься от вампира, коими Светлана Ивановна справедливо именовала визгливых старух, если у тебя в руках какие-нибудь лекарства, чеки и рецепты, которые тебе эта самая старуха всучила? Поэтому иногда Дарья после визита какой-нибудь очередной старухи чувствовала себя просто обессиленной, как будто из неё и вправду выпили если не кровь, то часть жизни точно. В такие моменты она проклинала своё решение пойти работать в аптеку после окончания химико-фармацевтической академии.

В свое время Дарья мечтала работать на фармацевтическом производстве или в исследовательской лаборатории и создавать новые лекарства. Помогать людям, бороться с пока ещё неизлечимыми болезнями типа рака или СПИДа. В конце концов, уж если не рак победить, то хотя бы найти универсальное лекарство от гриппа, чтоб победить эту заразу раз и навсегда! И не просто заниматься этим где-нибудь в нашем захолустье, а поехать за границу, на передовые рубежи науки. Ха! Три раза. Нет, конечно, Нинка, дочка маминого начальника Берёзкина, с которой Дарья училась на одном курсе, сейчас аж в самой Англии, в крупной фармацевтической компании пристроилась. Вернее пристроена. Фиг бы там она сама пристроилась. С её-то оценками! Папаша Березкин с кем надо переговорил, те тоже кого надо попросили, и вот вам счастье – Нинка в Лондоне! Дарья не то, что в Лондон, она и на скромную Индию согласна, только её папенька ни с кем таким переговорить не в состоянии. Говорит он, правда, много и правильно, но только не совсем понятно о чем. Можно было бы и папашу Березкина попросить, чтоб не одну Нинку пристроил, а ещё и Дарью до кучи, но Березкина просить себе дороже. Березкин большой специалист по тому самому харассменту. Практически весь руководимый им институт оприходовал, за исключением особо ценных специалистов. Мама Дарьи – именно ценный специалист, так что на регулярные поползновения Березкина она отвечает колокольным звоном и большим кукишем. Не специальным, который от вампиров, а обычным, который от непрошенных любовников. Если ты ценный специалист, тебе никакой харассмент не страшен, даже если у тебя ноги от ушей растут. У мамы Дарьи с ногами всё в порядке, впрочем, как и у бабушки Дарьи, и у самой Дарьи. Но так как Дарья сама ещё никакой не ценный специалист, то просить за неё Березкина, это напроситься на его приставания, соответственно мама этого делать ни за что не будет. Так что Дарье придется пробиваться самой, как это в свое время делали мама и бабушка. А куда тут пробиваться? В заведующие аптекой? Тоже мне, предел мечтаний! Светлана Ивановна наравне со всеми у прилавка пашет да и зарабатывает немногим больше, зато ответственности у неё вагон. Или дальше пойти и стать заведующей аптечной сетью? Так там уже своих полно, хозяйских родственников или этих, ну, которые через харассмент. Хорошее слово. Бабушка смеется, говорит, научное. Раньше, говорит, это называлось по-простому «через койку».

Конечно, в Питере имелись фармацевтические компании, которые буквально зазывали к себе выпускников. Одна Дашина знакомая, которая училась годом старше, попытала там счастья, потом исплевалась вся. Говорит, текучка бешеная, потому и приглашают выпускников «на новенького» за копейки, разработки все основаны на старых советских изысканиях прошлого века, зарплаты низкие, отношение к персоналу хамское. То есть, по всему видать освоение бюджетных денег с имитацией бурной деятельности. Вот Дарья и решила идти в аптеку, благо в аптеках фармацевты требовались. Аптека, в которую Дарья в результате устроилась, входила в состав большой разветвленной сети, сеть отличалась относительно высокими ценами, что компенсировалось широчайшим ассортиментом товаров и отсутствием просроченных лекарств. Кроме того работникам аптеки полагалась красивая униформа. Правда, в аптеку Дарья всё же пошла неспроста, а с некоторым прицелом. Двоюродная сестра Дашиной бабушки руководила аптечной сетью в Москве, и сеть эта мыслила заход на Питер. Но это еще когда будет, да и вообще, как говорится, бабушка надвое сказала.

Кроме старух и смутных карьерных перспектив, Дарью беспокоило еще и отсутствие личной жизни. Полнейшее отсутствие. Несмотря на ноги и всё остальное. Дарья, конечно, не Мэрилин Монро, но и не лошадь страшная типа некоторых голливудских «икон стиля», на которых без смеха не взглянешь. Мама с бабушкой в свое время очень радовались, что девочка у них удалась и не подкачала. А толку-то? Понятно, что принц на белом коне уже не является пределом мечтаний современной девушки, но и про олигарха на белой яхте могут мечтать только дурочки колхозные. Во-первых, Дарья, конечно, любит деньги и сопутствующий им тотальный комфорт, но не до такой степени, чтобы за них жить с жабой пупырчатой. Во-вторых, чтобы до этой жабы добраться и продаться за те самые деньги, тоже харассмент будь здоров! Олигархи пупырчатые по аптекам не ходят. Дети олигархические тоже обычно меж собой тусуются, на фармацевтов чумазых, которые частные самолеты в глаза не видели, не заглядываются, да и о чем ей с ними разговаривать? У них своя жизнь и свои интересы. Им деньги зарабатывать не надо, они их у папы берут. Вот Дарья и мечтала о том, не знаю о ком. Но уж точно, не об охраннике торгового центра Валере, который весь рабочий день около аптеки трётся. Что это за работа для мужика? Хотя в том, что Валера регулярно провожает её до метро, есть свои плюсы. Недавно одну кассиршу после работы по дороге к автобусу по голове стукнули и ограбили. У Дарьи, ясное дело, грабить нечего, но кто ж об этом знает? Дадут по голове и капец. Голова Дарье еще пригодится, ведь впереди целая жизнь, и самое интересное только начинается. Несмотря на отсутствие перспектив, Дарья со свойственным молодости оптимизмом верила, что впереди у неё будет много чего хорошего.

В последний рабочий день перед новогодними праздниками в аптеку, разумеется, припёрлась старуха с длинным списком требующихся ей препаратов. Она долго выясняла, какой из них зачем, какие у каждого побочные действия, сравнивала цены на аналоги. За старухой скопилась очередь, которая вздыхала и шипела. Дарья, засунув руку со специальной антивампирской фигой в карман униформы, терпеливо отвечала на вопросы старухи, пока та не сделала Дарье замечание, что держать руки в карманах неприлично. Стоящий за старухой мужчина руководящего вида в очках, в свою очередь сделал замечание старухе о том, что она в аптеке, а не в справочном. Мужчину немедленно поддержала вся очередь, посылая старуху к доктору и в медицинскую энциклопедию. Старуха, явно, только того и ждала, она разразилась тирадой про невоспитанную современную молодежь, поганых либералов, пятую колонну и пригрозила всем прокуратурой. Впервые Дарье стало смешно, наверное, от поддержки очереди. Старуха кричала, что в Советском Союзе такого хамства и таких заоблачных цен не было, мужчина руководящим голосом говорил, что в Советском Союзе и лекарств толком не было, только по блату. Тут очередь разделилась на тех, кто за Советский Союз и тех, кто против. Одни доказывали, что все необходимые лекарства имелись, и врачи были не чета нынешним, другие рассказывали ужасы про советскую медицину. Когда дискуссия перешла к отсутствию туалетной бумаги и космическим достижениям, в дверях показался охранник Валера с ехидным вопросом:

– Граждане! У вас есть разрешение на митинг?!

– Да, пошёл ты! – хором ответили граждане.

Валера поднял руки вверх и удалился.

– Кто следующий? – поинтересовалась Дарья.

– Гептрал, – сообщи ...