Преображения

Елена Вахненко

Преображения

Пролог

Красный, черный, белый… Эти цвета перетекали друг в друга и создавали бесчисленное множество новых оттенков.

В Мире Теней не было иных красок… только Красный, Чёрный, Белый — и все многообразие палитры, которую они рождали. И при всем богатстве этой кроваво-чёрной гаммы общее впечатление оставалось гнетущим, безрадостным. Правда, люди, живущие здесь, не знали, что бывает иначе. Если другого не видел (либо видел, но забыл), то и расстраиваться повода нет.

«А я видел!» — прошептал Людовик.

Он свёл брови, переводя дыхание. Порою так трудно держаться в рамках, так непросто терпеть… В подобные мгновения его подмывало последовать примеру давнишнему врага, имя которого он избегал называть даже мысленно — не из страха (вот еще!), а из неприязни, которую оно в нем пробуждало.

Но каким бы сильным ни было желание отступить и сдаться, он ему сопротивлялся, пока — успешно. Хотя зачем? Ради кого? Неужели ради той жалкой горстки людей, которые верили ему и даже в него, которые поклонялись ему, благоговели перед ним?

В этом дело? В желании помочь десятку бедолаг? Или ему нравится ощущать собственную значимость хоть в чьих-то глазах?

Людовик вздохнул и поднялся, отряхивая брюки. Он знал, что в этом мире выглядит не лучшим образом: чёрная кожа, чёрные волосы… весь словно политый смолой.

— Пускай… — прошептал он. — Неважно…

Мужчина окинул задумчивым взглядом багровое море с чёрными гребнями волн, которые азартно взмывали к самым небесам — огненным, кроваво-алым. И в этом пылающем мареве небес плыл белый слепящий диск солнца, совершенно непохожего на то светило, что озаряло настоящий мир.

Хотя, с другой стороны, как знать, какой из миров настоящий?

1. Взаперти

— Я никуда не уйду! — твердо произнесла Барбара, вздернув подбородок и сузив зеленые глаза. — Я его не оставлю!

Анита, круглолицая пухлощекая блондинка с аппетитными формами, пожала полными плечами и со вздохом опустилась на табурет. Казалось, она исчерпала запас аргументов.

— Вот уж не знаю, как тебя убедить! — проворчала девушка, качая белокурой головкой.

— А не надо убеждать, — буркнула Барбара.

Какое-то время они сидели молча, Анита — искоса поглядывая на подругу, Барбара — демонстративно изучая свои ногти, словно ничего интереснее собственного маникюра для нее не было.

— Ты сделала, что могла, — нарушила молчание Анита спустя несколько минут. Она старалась говорить мягко, убеждающе… успокаивая интонациями голоса. Впрочем, девушка вообще была мягкой, даже внешне напоминая эдакую кошечку, пушистую и покорную… пока не выпускала коготки.

Барбара подняла голову и недобро прищурилась. Признаться, злость ей шла, ведь если Анита привлекала нежной и томной прелестью, то ее подруга была совсем другой, яркой и заметной… такую девушку не пропустишь в толпе! Еще бы: тугие рыжие кудри до тонкой талии, мраморно-белая кожа, фигура «песочные часы», правильные черты овального лица… Все в ней казалось идеальным. Наверное, именно поэтому с Барбарой дружили либо очень красивые и потому уверенные в себе женщины, либо откровенные дурнушки, которым нечего терять — видимо, они надеялись обратить на себя внимание хотя бы за счет миловидной приятельницы. Анита, несомненно, относилась к первой категории.

— Это происходит из-за меня! — хриплым голосом, совсем непохожим на ее привычное глубокое контральто, произнесла Барбара. — Меня не оказалась рядом.

— Он сам виноват, — попробовала подбодрить ее Анита и сразу поняла, что допустила ошибку: лицо подруги побледнело от гнева, ноздри точеного носа затрепетали.

— Его можно понять! У него погиб брат, он лишился работы… поэтому запил. Я должна была быть рядом, поддержать… а я вместо этого потеряла терпение.

— Что ж… неудивительно, — осторожно сказала Анита. — Ты старалась помочь…

— Мало старалась. Я ведь знала, что он мужчина, а мужчины только на словах сильные… эмоционально они куда слабее нас, женщин.

— Тут я согласна, — вздохнула Анита, и подруги снова замолчали.

Они думали об одном и том же человеке — женихе Барбары Майкле, которого события последних месяцев привели к страшному диагнозу — Диссоляции или, как говорили «в народе», Исчезновению.

Никто не знал, что это за болезнь и как с нею бороться. Медики искали решение столетиями и пока смогли добиться лишь одного — определили, что ее причиной обычно является глубочайшая депрессия и нежелание жить. Человек, находящийся в подобном состоянии достаточно длительное время, исчезал в буквальном смысле слова… все начиналось с излишней бледности, потери аппетита… и завершалось тем, что однажды родственники больного его более не находили. Он, казалось, растворялся в пространстве…

И вот теперь пришел черед Майкла.

— Ты вызывала врачей? — после продолжительной паузы спросила Анита. Она старательно подбирала слова, уже зная по опыту, что подруга последние недели крайне раздражена и взрывается по любому пустяку. Утешало лишь одно: злость не могла послужить причиной Диссоляции, скорее наоборот.

Барбара поджала тонкие губы, ее темно-рыжие брови сошлись в одну черту.

— Врачей, каких врачей? — процедила она презрительно. — Что они знают…

— Ну, что-то ведь знают…

— Они прописывают антидепрессанты, снотворное, — сердито сказала Барбара, по-кошачьи щуря глаза. — Превращают человека в безвольное растение… и даже если кто-то выкарабкивается, он уже… не совсем нормальный. Не такой, как прежде.

— Но это все-таки лучше, чем… — Анита не решилась завершить фразу.

Впрочем, приятельница ее прекрасно поняла.

— Чем исчезнуть? — едко договорила она, вперив в Аниту недобрый взгляд, как будто именно пухлощекая приятельница была во всем виновата. — Чем же это лучше?

Анита растерялась.

— Ну… жить лучше, чем умереть, разве нет?

— А кто тебе сказал, что исчезнувшие мертвы? — парировала девушка, гордо вскинув подбородок.

На кухне, где они мрачно чаевничали, повисло тягостное молчание. Анита молча вздыхала, а Барбара не сводила с нее взгляда и явно ждала ответа.

Наконец, ответ последовал, хотя голос девушки звучал несколько сконфуженно:

— Ну… а куда они деваются? Люди… которые болели?

— Не знаю, но узнаю, — отозвалась Барбара, пожимая плечами и делая глоток остывшего чая. — Но если человек умер, остается тело… а тут ничего и никого… они уходят, уходят в какой-то другой мир…

Ее подруга подавила очередной вздох и ничего не сказала. Да, многие в это верили: мол, человек не исчезает, а уходит в некий Мир Теней… что за мир, на что он похож, кто там живет, не уточнялось, да и вообще, теория в целом вызывала сомнения… во всяком случае, ученые ее высмеивали. Но вера в Мир Теней немного утешала… И Анита не была готова разрушить иллюзии Барбары. Иногда лучше просто слушать и поддакивать.

— И как долго ты сидишь тут, у него?… — помолчав, спросила девушка, окинув настороженным взглядом маленькую кухоньку, чистую (явно усилиями Барбары), но откровенно холостяцкую… все здесь указывало на недостаток женского внимания.

«Странно… — промелькнула у Аниты кощунственная мысль. — Барбара и Майкл встречаются несколько лет… она жила у него частенько… почему этого не ощущаешь?!»

Может, в самобичевании ее подруги есть резон? Может, она действительно частично виновата… раз квартира ее любимого Майкла не несет на себе отпечаток женского присутствия? Значит, он, Майкл, и правда был одинок… покинут ею?

«Не смей так думать!» — одернула себя Анита, ужаснувшись собственным мыслям. Нет, Барбара — ее лучшая подруга, и она сделала все, что могла, чтобы поддержать своего парня. В конце концов, можно ли требовать от слабой женщины оставаться рядом с человеком, который завершает каждый вечер пьяным? Правда, Барбару трудно назвать слабой… но все-таки она женщина.

«А я бы бросила Роберта? — вдруг подумалось ей. — Если бы, не приведи Господь, Роберт…»

И воображение нарисовало пугающую картину, где ее милый Роберт, обожаемый супруг и отец ее Ангелины, начинает терять связь с реальностью… неужели она, Анита, сдалась бы? Никогда в жизни!

И сострадание к Барбаре, так же, как и досада на ее упрямство, немного ослабло… Анита как будто примирилась с решением подруги и даже одобрила его… почти.

— Я не ухожу от него почти неделю, — сказала Барбара, отвечая на вопрос подруги — та уже успела забыть, что задала его.

— Вообще не выходишь? — испугалась Анита, зная, что подобное затворничество ведет к Диссоляции.

— Ну, в магазин могу выйти… пройтись… но работаю удаленно, взяла с собой планшет…

Анита пожевала губами. Все происходящее ей не нравилось, но как повлиять на ситуацию, она не знала. И все-таки девушке совсем не улыбалось однажды проснуться и обнаружить, что ее подруга ушла вслед за женихом в пресловутый Мир Теней… чем бы он ни был на самом деле.

— Давай сейчас прогуляемся, — предложила она деланно бодрым голосом. — Погода отличная, наконец-то весна пришла, все расцветает… — Анита осеклась под тяжелым взглядом подруги и не договорила, проглотив окончание фразы.

— Я в порядке, — сухо сообщила Барбара, сурово хмурясь. Казалось, ей не 27, а 37 лет, хотя обычно никто не давал ей больше 25. — Я не пропаду… не переживай, — последние слова она добавила с вымученным горьким смешком.

— Ну, если ты так считаешь… — протянула Анита, покосившись на экран айфона. — Я, наверное, пойду?..

— Иди, — не стала задерживать приятельницу Барбара. Лицо ее напоминало восковую маску. — Мне пора поработать…

Анита бросила еще один о ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→