Прягин Владимир

Долина каменных трав

АПРЕЛЬСКИЙ ПРОЛОГ

Ветер самозабвенно терзал малиновый флаг на шпиле дворцовой башни, словно впал в охотничий раж при виде медведя, изображённого на полотнище. Геральдическая зверюга сердито скалилась и, встав на задние лапы, демонстрировала гнутые когти, но ветер не давал себя отпугнуть - лишь время от времени устраивал короткую передышку, чтобы затем наброситься с новой силой.

Людям во дворце, впрочем, совершенно не было дела до этой грызни над крышей. У них хватало своих забот.

Сухопарый господин в вицмундире сидел за столом в просторном, но сдержанно обставленном кабинете. Сдержанность эту злые языки назвали бы нарочитой и даже несколько неприличной. Но хозяин кабинета плевать хотел на чужие мнения; он предпочитал концентрироваться на главном, а всё лишнее выносить за скобки. При дворе он занимал должность, которая в официальных бумагах называлась длинно и скучно, а на практике означала, что её обладатель консультирует императора по некоторым нестандартным вопросам, влияющим на вращение шестерёнок в государственном механизме.

- Итак, - произнёс придворный, глядя на посетителя в партикулярном платье, который сидел напротив, - как ведёт себя фигурантка?

- Пытается наладить светскую жизнь, наносит визиты. Контакты не представляют оперативного интереса. Регулярная слежка прекращена ввиду явной бесперспективности. Что, между прочим, полностью соответствует указанию, данному в своё время его величеством.

Произнося последнюю фразу, гость позволил себе намёк на иронию. Хозяин отреагировал флегматично:

- Его величество мудр и, сообразно своему статусу, движим стремлением к справедливости. Нам же с вами выпало заниматься практическими задачами. Ваша служба действительно полагает, что слежка за фигуранткой более не нужна?

- Да. Мои специалисты ручаются - все предыдущие аномалии были связаны исключительно с применением артефакта. Без него барышня ни на что серьёзное не способна.

Визитёр кивнул на пластину из полупрозрачного минерала, лежащую на столе. В поперечнике та имела чуть меньше пяди, по краям поблёскивали неаккуратные сколы. Хозяин кабинета взял её, повертел в руках и сказал задумчиво:

- Артефакт без девчонки - тоже пустышка.

- Лично меня такое положение дел более чем устраивает. Пустышка, по крайней мере, не грозит нарушением статус-кво.

- Вы правы. Меня, однако, смущает, что некоторые вопросы по этой теме по-прежнему остаются непрояснёнными. А ведь прошло уже, если не ошибаюсь...

- Без малого восемь месяцев. Сейчас апрель, а впервые артефакт был задействован в конце лета. Тогда вся эта история, по сути, и началась.

- Что ж, будем надеяться, что продолжения она не получит. Благодарю за визит и за пояснения. Ваша помощь очень ценна.

Посетитель откланялся. Дождавшись, пока он выйдет, человек в вицмундире встал, открыл сейф с кодовым замком и положил пластину в изолированную ячейку. Потом остановился возле окна.

Небо над столицей густело, принимая вечерний цвет; оранжевый персик солнца плыл в закатном сиропе. Одинокая клочковатая туча подкрадывалась к дворцу - при определённом везении можно было рассчитывать на короткий освежающий дождь.

Полюбовавшись видом с высоты четвёртого этажа, придворный бросил взгляд на часы и взял со стола кожаную папку - пора было на доклад к государю.

Когда он покидал кабинет, туча обронила первые капли - а уже через полминуты на дворец обрушился ливень. Полог, сотканный из воды, повис напротив окна, одна из створок которого была приоткрыта.

От этого полога отделились три прозрачно-тугих жгута. Они хлестнули по подоконнику и, преодолев защитные чары, в облаке брызг проникли внутрь кабинета. Ещё миг - и жгуты сплелись в зыбкую человеческую фигуру, которая склонилась над сейфом.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ЗНОЙ

ГЛАВА 1

В августе я отправился искать запретную реку. Попутчица мне попалась - что надо, хоть и хитрющая, и поначалу мы продвигались бодро, но потом нас выследили люди-осколки...

Да-да, понимаю, о чём вы сейчас подумали: "Брешет парень и не краснеет". Люди-осколки - это ж деревенские сказки, страшилки, которыми детишек пугают, а наяву такого не встретишь, хоть с фонарём ищи.

Вот и я тоже думал - страшилки, сказки...

В общем, предупреждаю сразу: история правдивая, от первого и до последнего слова. Я вам её расскажу, а верить или не верить - решайте сами. Это, как говорится, дело хозяйское.

Чтобы вы не ругались зря, постараюсь рассказывать по порядку, не перескакивая с пятого на десятое. Надеюсь, как-нибудь справлюсь. Мне даже учитель в школе, господин Кунь-Кунаев, сказал однажды: "Светлая у тебя голова, Митяй". Потом, правда, вздохнул и добавил: "Жаль, балбесу досталась".

Ладно. С чего начать?

Мой отец держит пасеку, разводит там пьяных пчёл. Вы их, наверно, видели на картинках - крупные, почти как шмели, и не жёлтые, а красновато-рыжие. Мёд у них особенный, голову туманит приятно, хотя много его не съешь, слишком приторный. Две-три ложки - от силы, а если больше, то поплохеет, и морда пойдёт красными пятнами. Я один раз объелся - до сих пор вспомнить тошно, да ещё отец ремнём отодрал за дурость.

Но вообще-то отец у меня не злой. И не какой-нибудь мужик сиволапый, а из городских мещан, служил в своё время письмоводителем. Это потом уже мёдом занялся, когда талант в себе разглядел.

Пьяные пчёлы есть только у нас на острове, на материк их везти нельзя. Специально придумано, чтобы мёд никто не мог поставлять, кроме островитян. Торговая привилегия - так это называется. Существует испокон веку, и указ императора её подтверждает.

На материке на нас обижаются и придумывают обидные шутки. Говорят, что мы - жадные дикари, моемся раз в полгода, живём в берлогах и в дуплах, а всю нашу территорию можно переплюнуть одним плевком, если хорошо постараться.

Специально для таких умников - урок географии забесплатно. Остров - вёрст четыреста в поперечнике, по форме - почти квадрат, только перекошенный и приплюснутый. Я, если смотреть по карте, живу в самом низу, в городе у южного побережья, где устье реки Медвянка. Ну а материк - ещё южнее, за морем.

Как бы объяснить понагляднее про наш город? Представьте, что вы на судне входите с моря в реку, в это самое устье. Порт миновали, плывёте дальше. По левую руку - дома попроще, по правую - побогаче. Ещё через пару вёрст река потихоньку загибается на восток. Справа в излучине - резиденция императорского наместника, замок из серовато-белого камня. А слева кварталы уже закончились (напротив замка строить запрещено), и начались поля с перелесками.

Мой дом - на краю города, возле поля. Получается интересно - я живу на "бедном" берегу, но вид на замок у меня лучше, чем у иного аристократа. Пускай завидуют.

На поле растут подсолнухи, с которых пчёлы собирают нектар с пыльцой. "Пасутся", как говорит отец. Меня это слово в детстве очень смешило - я сразу представлял себе пчелу размером с корову, которая бродит туда-сюда и лениво жуёт, а потом её для полного счастья доят. Фантазия у меня с малолетства буйная.

Это было вступление, а теперь - собственно история.

Просыпаюсь я однажды утром, гляжу в окно. Замок за рекой торчит, как положено. Солнце ещё толком не поднялось, а жарит уже вовсю. Мухи летают жирные, злые. Дождя не было уже почти две недели - редкий случай для побережья, но такой уж выдался август.

Смотрю - отец беседует у ворот с двумя господами. Один - в солидном костюме-тройке и в шляпе, другой - с непокрытой головой, в полотняной паре, весь такой из себя расслабленный, руки держит в карманах, да ещё травинку жуёт.

О чём говорят - не слышно, но чувствуется, что отец недоволен. Стоит, набычившись, и руку в кулак сжимает, как перед дракой. Выслушал, что эти ему втирали, и головой покачал - нет, мол, не убедили. Гости, однако, уходить не хотят. Тот, который в шляпе, что-то ещё сказал, и отец как-то сразу сник - помолчал и махнул рукой в сторону беседки. Вроде как пригласил продолжить.

Мне всё это не понравилось совершенно, да и любопытство замучило. Поэтому я, не мешкая, выскочил через заднюю дверь и рванул к беседке в обход. Пробежал за сараями, потом через сад - к крыжовниковым кустам. Из-за них беседку неплохо видно, а главное - слышно. Давно проверено.

Они все сели за столик, и я гостей рассмотрел подробно. В шляпе - почти старик, усы седые, а глаза водянистые. Не улыбается и слова произносит тихо, будто делает одолжение. Я его про себя обозвал - куркуль. Второй, наоборот, молодой, синеглазый, лыбится постоянно. Сокол ясный, по хребту ему кочергой.

Мать подошла, налила им квасу. Куркуль на неё даже не посмотрел, только кивнул слегка. Зато молодой обрадовался, как дитятко леденцу, выхлебал сразу полкружки, крякнул и говорит:

- Благодарю, сударыня. По этой погоде - ничего лучше и не придумать.

Мать аж зарделась вся, будто в жизни такой похвалы не слышала. Вернулась обратно в дом, а усатый хрыч говорит отцу:

- Итак, господин Горяев, давайте ещё раз обсудим нашу проблему. Мы, повторяю, стремимся разрешить ситуацию максимально цивилизованным способом, да и вы человек разумный. Поэтому я нисколько не сомневаюсь, что, взвесив все "за" и "против", вы примете единственно верное и, по сути, очевиднейшее решение, которое принесёт вам солидные дивиденды.

- Простите, - отвечает отец, - но солидные дивиденды оно принесёт в первую очередь вам. А я, следуя вашей логике, должен удовольствоваться подачкой.

- Что ж, давайте уточним размер компенсации, которую мы готовы вам предложить. Назовите, пожалуйста, сумму, отвечающую вашим представлениям о выгодной сделке.

- Я ведь уже объяснил - дело не в д ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→