Крушение осетрового рая Азовского и Черного моря

Владимир Коркош

Крушение осетрового рая Азовского и Черного моря

Крушение осетрового рая Азовского моря

Часть 1

Не все жители России знают, что в древности город Керчь назывался “Пантикапей”, что означает по-древнегречески “рыбный путь”. Оказавшись на берегу Керченского пролива, переселенцы из Милета (Греция), были ошеломлены обилием рыбы. Греки, прирожденные рыбаки, посчитали, что попали в благословенный край, и, поселившись у невысокой горы на берегу пролива, основали город. Азовское море они назвали Меотийским озером, а римляне называли его Меотийским болотом. А вообще его переименовывали много раз в зависимости от того, кто поселялся на его берегах. Татаро-монгольские завоеватели дали ему название Балык-денгиз (“рыбное море”). Ну а современное русское название Азовского моря прижилось с ХVII века благодаря летописи Пимена.

Страбон, древнегреческий географ, описывая свое путешествие по Боспору Киммерийскому, то есть по Керченскому проливу, отмечал, что Боспор Киммерийский и Меотида (Азовское море) рыбой богаты необычайно. Осетры водятся с тушей побольше, чем у дельфина. А у города Пантикапей, расположенного на большом холме, в красивейшей бухте, основанном соотечественниками, столько рыбы, что если поставит шест, то он будет стоять. Вот так!

Осетровые рыбы (белуга, осетр, севрюга, стерлядь) в наших южных морях являлись ценнейшими объектами промысла. Человек ведет его с незапамятных времен: он возник вместе с рыболовством. Необычайно вкусное мясо и икра этих рыб всегда ценились человеком и являлись украшением любого стола, как царского, так и простого рыбака.

Осетровые по-латыни — Asipenser, то есть “дорогой, драгоценный”. В России их издавна называют “красной рыбой”, хотя мясо у них отнюдь не красное. И в современные времена рыбаки их также именуют “красными”, а чаще — просто “краснюками”. Слово “красный” на Руси имеет смысл, как “очень красивое”. К примеру, “красна девица”. Наши предки — охотники называли “красным зверем” наиболее ценную лучшую дичь.

К “красной рыбе” скорее можно отнести лососевых рыб, как семга, форель, горбуша, кета и другие, питающихся в естественных условиях в основном креветками и другими ракообразными, имеющими в своем составе каротиноиды, которые придают их мясу оттенки красного цвета. Осетровые рыбы кормятся донными моллюсками, мелкой рыбой и мясо у них не красное, а слегка желтоватое.

Экономическое благосостояние городов и даже стран на берегах рек или водоемов, где обитали осетровые рыбы, порою зависело от объема их добычи. Тому наглядный пример — процветание Боспорского государства на берегу Керченского пролива, в котором вышеуказанные рыбы вылавливались в достаточном количестве для пищевых нужд, а также вывозились за пределы государства для продажи или обмена товарами, которых в Боспоре не производили. Об этом свидетельствуют письменные источники греческих и римских географов и историков. Воистину рыба составляла “золотой запас” страны.

О том, насколько ценными были эти рыбы для благоденствия Боспорского царства, говорит и то факт, что в его столице — Пантикапее — производилась даже чеканка монеты с изображением головы осетра.

Если отбросить в сторону восторженное преувеличение, свойственное древним грекам, то с утверждением, что рыбы было чрезвычайно много можно согласиться. В результате археологических раскопок в Керчи и других городах на берегу у Керченского пролива было обнаружено большое количество засольных ям с многочисленными фрагментами осетровых рыб — жучки, плавниковые костяные лучи, позвонки.

В засушливые годы или во время набегов многочисленных врагов, которые практически полностью подчищали хлебные запасы горожан и селян, рыба и только рыба спасала жителей Боспора от голодной смерти.

В разные исторические периоды в Крыму жили киммерийцы, тавры, скифы, сарматы, римляне, готы, хазары, печенеги, итальянцы, славяне, половцы, караимы, монголы, крымские татары. Но приморскую часть во все времена населяли в основном греки, переселившиеся в Крым в V веке до н. э., у которых главным занятием было рыболовство.

И после включения в 1783 году Крыма в состав Российской империи, греческие рыбаки, потомки греческих колонистов, продолжали заниматься тем, чем занимались их предки, то есть добывали рыбу (читать Александра Куприна — “Листригоны”).

А на широкой и могучей реке Днепр, впадающий в Черное море, основными добытчиками рыб были казаки. Французский фортификатор, картограф и талантливый писатель ХVII века Г. Боплан, строивший крепости на территории Речи Посполитой, в своем томе “Описание Украины”, описывая жизнь запорожских казаков, отмечал, что казаки проживающие на о. Хортица, каждое утро добывали столько осетров и других ценных рыб в Днепре, что хватало на прокорм нескольким тысячам человек на весь день. Его поразило невероятное богатство украинской реки — неисчислимое количество рыб. Ну, это все старые времена.

Но еще в ХIХ веке рядовые обыватели Украины и России икру не только солили, но и варили в уксусе или в маковом молочке, запаривали в глиняных горшках, подавали к печной картошке, добавляли в постные блины вместо яиц и в соленую похлебку вместо мяса.

О величине их добычи в Российской империи, в первой половине XVI века, говорит весьма показательная запись, обнаруженная в древних монастырских летописях. На потребление только одного Троицко-Сергиевского монастыря ежегодно доставлялось 6000 осетров и севрюг, 300 белуг, 600 пудов черной икры, 15 бочек соленой осетрины, 500 спинок и 200 белужьих туш.

Осетровые относятся к поздним созревающим и медленно растущим видам, с большой длительностью жизни, значительную часть которой проводят в реках, где расположены их нерестилища.

В отличие от дальневосточных лососевых рыб, погибающих после нереста, осетровые могут нереститься много за свою жизнь. После икрометания в родных реках скатываются обратно в море, но размножение происходит не каждый год. Нерест самок происходит раз в 3-5 лет, за исключением стерляди, постоянно проживающей в реках.

К долгожителям, срок жизни которых соразмерен с продолжительностью жизни человека относится, прежде всего, белуга. Она является крупнейшим представителем осетровых пород, живет до 100 лет. Вес колеблется от 70 до 200 кг. Однако зафиксированы случаи облова белуг весом более 1000 кг.

Фото белуг выловленных в 1922 году в дельте Волги.

В 1922 году в Каспийском море, близ устья Волги была поймана самка весом 1224 кг, а вес икры составил 146,5 кг; другие — чуть поменьше (см. фото). В 1970 году, описан случай поимки в дельте Волги белуги весом 800 кг, из которой было извлечено 112 кг чёрной икры. А в 1989 году в том же районе, рыбаки выловили белугу весом 966 кг, вес икры — 120 кг, длина — 4,2 метра. Возраст — 70–75 лет. Вот такие чудовищно крупные белуги проживали в не столь далекие времена. Возраст крупных белуг практически невозможно абсолютно точно определить, так как в этом случае последние годовые кольца накладываются один на другой.

Русский осетр менее крупный (при длине туловища не более 5 метров), а вес — около полутоны. Но и таких осетров облавливали лишь в давние времена. Мне немало времени пришлось потратить, определяя их возраст по лучам тысячелетней давности, любезно предоставленными работниками Керченского музея. Результаты просмотра проб показали, что встречались особи возрастом более 50 лет и значительную часть (более 70 %) обловленных осетров в те далекие времена составляли рыбы в возрасте свыше 30 лет.

Но еще в 50-годах XX столетия вылавливали осетров длиной до 3 метров и весом 200 кг. И в 80-х годах изредка встречались особи двухметровых размеров. Но основу популяции, как показали возрастные пробы в наших исследованиях, составляла лишь доминирующая группа 8-14 лет, размером не более 1,5 метров, а весом до 20 кг.

До середины ХХ века, в Российской империи, а потом в СССР Азовское море, вместе с впадающими в него реками, было одним из основных рыбопромысловых, снабжавших ценной рыбой всю страну. По результатам дореволюционных статистических материалов в Азовском море добывали 60 % осетровых рыб от всего российского улова. Можно сказать, что они “царствовали” в этом уникальном водоеме с его обильной кормовой базой. Мелководность Азовского моря обеспечивала хороший прогрев всей толщи воды, при активном приносе речными стоками с материка органических и минеральных веществ, что способствовало повышению продуктивности биомассы придонных организмов, являющимися пищей для осетровых рыб.

Следует заметить, что до зарегулирования осетровых рек, еще в 30-х годах прошлого столетия, значительную долю (более 60 %) в вылове осетровых рыб составляла севрюга, считающаяся самой многочисленной среди осетровых видов, характеризующая более ранним созреванием (в среднем 6–8 лет) и, соответственно, быстрым восстановлением ее запасов. Кроме того, в отличие от осетра и белуги, которые после нереста еще некоторое время отъедаются в реке, на радость речным браконьерам, севрюга, отнерестившись в низовьях рек, так как в отличие от других своих родственников, высоко в реки не заходит, тотчас скатывается обратно в море.

Нежное и полезное мясо этой рыбы всегда считалось деликатесом. Также высоко ценилась севрюжья икра (паюсная). Экспорт икры в Европу всегда приносил России, а затем СССР, большой приток валюты.

Более двух тысячелетий человек и прекраснейшее создание природы — осетровые рыбы относительно мирно сосуществовали. Человек на берегу Меотиды пользовался благами ее богатства, не причиняя ей значительного ущерба. Рыболовство с несов ...