Мечты умирают первыми. Бегство из Занаду

ГАРОЛЬД РОББИНС

МЕЧТЫ УМИРАЮТ ПЕРВЫМИ

БЕГСТВО ИЗ ЗАНАДУ

МЕЧТЫ УМИРАЮТ ПЕРВЫМИ

Перевод И. Забелиной

Книга первая

ВНИЗУ

Глава 1

Проснулся я в пять вечера. Комната провоняла табачным дымом и дешевым красным вином. Я скатился с кровати и чуть было не упал, споткнувшись о голого парня, который спал на полу. Я в изумлении уставился на него, и мне никак не удавалось припомнить, каким образом он здесь очутился, откуда взялся, а что хуже всего, кто он такой.

Я пересек комнату, поднял штору и открыл окно. Парень даже не шевельнулся. В одной песне утверждается, что в Южной Калифорнии никогда не бывает дождя. Не верьте. Порыв ветра окатил меня дождевыми струями, как холодным душем. Я выругался и захлопнул окно.

Кое-что досталось и парню, однако он все равно не проснулся, а только перекатился на другой бок и свернулся клубком, прижав колени к груди. Я обошел его и направился в ванную. У меня оставалось еще полчаса, чтобы добраться до конторы по безработице и получить чек. Если постараться, то можно успеть.

Спустя десять минут я уже стоял у входной двери. Инкассатор поджидал меня в своем новом красном «Ягуаре-68», который стоял поперек улицы, мешая потоку машин с автострады на Хайлэнд. Он поднял руку. Я перебежал исхлестанный дождем тротуар и нырнул в автомобиль, с ходу выпалив:

— У меня пока ничего нет. Я как раз собрался в контору.

Блестящая черная физиономия Инкассатора расплылась в улыбке:

— О’кей, Гарис. Я так и понял. Я тебя подброшу.

С этими словами он влился в поток движения, не обращая внимания на сердито и разноголосо взвывшие позади машины.

— Дела, видно, идут неважно, если Лонеган посылает тебя за такой мелочью.

Улыбка не исчезла.

— Лонеган считает, что если заботиться о каждом пенни, то доллары позаботятся о себе сами.

Крыть мне было нечем. Я так давно состоял в списках Лонегана, что почти забыл, когда все это началось. Месяца три, а может, и четыре тому назад, когда я сел на мель после первого чека по безработице. С тех пор я так и не поднялся: мешал постоянный десятидолларовый взнос. Каждую неделю я отдавал ему свой шестидесятидолларовый чек и получал взамен пятьдесят наличными. Сумей я протянуть хоть неделю без пятидесяти, и я бы расквитался. Да где там! Без денег не жизнь.

Инкассатор свернул на парковку и подрулил прямо ко входу.

— Я буду здесь. Чеши.

Я выскочил из машины и метнулся к дверям: как раз вовремя, потому что охранник собрался уже запирать. За моим окошком сидела мексиканка Верита.

— Господи, Гарис! — воскликнула она. — Почему так поздно?!

— А ты как думаешь? Искал работу.

— Ну да, — протянула она, извлекая из-за конторки свои формы и придвигая поближе ко мне. — Просто за окном дождь, вот ты и решил полежать еще в постельке да потрахаться: авось кончится.

— Тебя не было, беби, — сказал я, подмахивая форму. — Никакой другой леди не под силу удержать меня от прихода сюда.

Она с улыбкой протянула мне чек.

— Держу пари, ты говоришь то же самое всем девчонкам подряд.

— Ничего подобного, — возразил я, сложив его и пряча в карман. — Спроси у них сама.

— Сегодня я ужинаю дома. Фаршированная черепаха, такос с отличной говядиной, красное вино. Придешь?

— Не могу, Верита. Честно. Надо встретиться с одним мужиком по поводу работы.

Она скорчила недовольную рожицу.

— Когда какой-нибудь парень говорит мне «честно», я знаю, что он лжет.

— Может быть, на следующей неделе, — сказал я, направляясь к дверям.

— Следующей недели не будет! — крикнула она мне вслед.

Но я уже был на улице, так что смысл ее слов дошел до меня только в машине.

Инкассатор сидел уже с ручкой наготове. Я подмахнул чек и протянул ему. Он глянул на подпись, затем спрятал чек в карман, кивнул и ровным голосом произнес:

— Прекрасно. А теперь вылезай.

Я в изумлении уставился на него.

— Ты забыл про мои пятьдесят.

— Все. Кредит исчерпан.

— Но как же так? У нас же твердое соглашение.

— Только до тех пор, пока ты получаешь чеки. В отличие от Лонегана ты плохо следишь за текущими событиями. Он знает, что этот твой чек — последний на ближайшие три месяца.

— Вздор. Мне-то что делать? Я в ауте.

— Работать, вместо того чтобы зарабатывать триппер от мальчишек.

Крыть было нечем. Похоже, Лонегану известно абсолютно все.

Инкассатор перегнулся через меня и распахнул дверь. Я уже собрался вылезать, как он придержал меня за локоть:

— Лонеган велел передать, чтобы ты — если действительно собираешься взяться за работу — заглянул к нему сегодня в кабинет в районе двадцати трех.

Затем он захлопнул дверь и отъехал, а я остался стоять. Дождь струями сбегал по лицу. Я порылся в кармане и извлек мятую пачку. Там осталось еще три сигареты. Я отошел поближе к стенке, отвернулся от ветра и закурил, а когда поднял глаза, то увидел, как Верита выводит с парковки свой старенький «валиант». Я помахал. Она остановилась. Я побежал к машине и сел.

— Моя встреча переносится на двадцать три, так что если твое предложение еще в силе…

Ее квартирка располагалась на Оливьера. Если высунуться из окна, можно было полюбоваться яркими огнями этой вечно деловито кипящей улицы. Чиканос, похоже, не обращали на дождь ровно никакого внимания. После ужина — время прогулок, и точка. Они шатаются с места на место, таская за собой детей, до двух часов утра, когда все закрывается. Тогда бедолаги с отпрысками поневоле отправляются по домам, а остальные — туда, где еще открыто. Мексиканцы не любят спать по ночам.

— А вот и Джонни! — Голос Эда Мак-Магона раздался из телевизора, который стоял позади меня на полу у кровати.

Я поднял голову. Ее руки снова притянули меня к ее животу.

— Не отвлекайся, Гарис. Так хорошо…

Я посмотрел на девушку. Ее лицо было сосредоточенным, как всегда на пороге оргазма. Я запустил в нее три пальца и мягко покатал зубами сосок. Ее тело изогнулось и напряглось, дыхание вырвалось с судорожным вздохом. Мои ладони ощутили, как замирает подрагивание ее ягодиц. Я подождал, пока она совсем остановится и откроет глаза.

— Ты так здорово делаешь это, Гарис, — произнесла она, медленно покачав головой. — Ни у кого не получается лучше, чем у тебя.

Я промолчал.

Пальцы Вериты скользнули вдоль моей спины и погрузились в волосы, убирая их со лба.

— Мне нравится видеть твою светлую голову меж моих ног. Твои волосы кажутся почти белыми, а мои — еще чернее.

Я перекатился на бок и собрался встать. Верита удержала меня.

— Тебе в самом деле надо идти? Дождь так и не перестал. Ты мог бы сегодня провести ночь со мной.

— У меня действительно назначена встреча по поводу работы. Я не лгал.

— И кто же это предлагает работу в двадцать три часа вечера? — скептически поинтересовалась она.

Я потянулся за джинсами.

— Лонеган.

— О!

Она скатилась с кровати и пошла в ванную.

— Я сейчас быстренько помою писку и вернусь. Так уж и быть: подвезу тебя.

В машине мы молчали до тех пор, пока она не остановилась перед заведением Лонегана позади Дома кино.

— Подождать?

— Не надо. Я не знаю, сколько это продлится.

Верита поколебалась.

— Он плохой человек, Гарис. Будь осторожен.

Я посмотрел на нее вопросительно.

— Ему нужны люди без гроша в кармане. Он ловко их обставляет. Я знаю немало таких парней и девчонок. Время от времени он посылает Инкассатора ждать их у конторы в тот день, когда они получают свой последний чек. Как тебя сегодня.

Я испытал неприятное удивление: мне казалось, что Верита его не заметила.

— Я никому не дам себя провести.

Ее глаза подозрительно блестели.

— У тебя есть деньги?

— Как-нибудь достану.

Она достала из кошелька десятидолларовый банкнот и сунула мне в руку.

— Возьми. Нельзя встречаться с Лонеганом, если в карманах пусто.

Я медлил.

— Это взаймы, — быстро добавила она. — Вернешь, когда получишь работу.

Я посмотрел на десятку, кивнул и спрятал ее в карман, затем перегнулся через сиденье и поцеловал девушку.

— Спасибо.

Дождь немного утих. Я подождал, пока огни ее машины скроются вдали, и только потом направился к бару «Серебряный гвоздь».

Бар был пуст, если не считать нескольких молодчиков, посасывавших свои напитки. Они деловито оглядели меня и моментально скинули со счетов. Для богатых с холма было еще рано. Я прошел дальше. В кабинет Лонегана нужно было подняться по лестнице в противоположном конце зала.

Рядом с ней за неосвещенным столиком сидел Инкассатор. Увидев меня, он поднял руку.

— Лонеган задерживается. Его пока нет.

Я кивнул.

— Садись, выпей, — предложил он, указав на стул рядом с собой.

Я посмотрел на него, удивленно приподняв брови. Его физиономия расплылась в улыбке.

— Я плачу́. Что предпочитаешь?

— Виски со льдом, — сказал я, садясь.

Официант поставил передо мной стакан. Я сделал глоток и поболтал его во рту. Напиток был холоден и бодрящ.

— Ты выглядишь потрепанным, — заметил Инкассатор. — Слегка переел мексиканочку, да?

— Откуда тебе столько известно про меня? Неужели я такая важная персона?

— Ты нет ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→