Космоунивер. Узнать тебя из сотен.
Злой рок забрал дыхание любимого. Теперь моя жизнь тут кончена. Встреча со Смертью - и я просыпаюсь.
4%
... днося бутон близко к носу, зарываясь в него лицом.

— Ага, тебе, — подтвердил парень, которому было сейчас четырнадцать, но выглядел он старше своего возраста, как говорит папа.

— А ты мне всегда будешь их дарить? — тут же взяла быка за рога я.

— Эм…ну… — стушевался мальчик, сложив руки в карманы, а потом тихо рассмеялся, — буду, но когда ты округлишься в нужных местах и станешь красивой девушкой.

— Я и сейчас красивая! — возразила я, продолжая нюхать розу.

— Да, но как девочка, — не стал спорить рассудительный Стас, — а мне нужно, чтобы ты стала привлекательной девушкой, вот тогда и поговорим. И, может, я соглашусь на тебе жениться, — я вспыхнула, а мальчик рассмеялся.

Он теперь всегда ставит мне в упрек те слова! Издевается! Да я же тогда ребенком была, сейчас-то я взрослая и ни за что не скажу так!

— Женись на мне.

— Что? — ошарашенно спросил двадцатилетний парень, смотря на шестнадцатилетнюю девушку с вьющимися светлыми волосами и яркими синими глазами, этакую маленькую эльфийку, мой образ портили только свитер, джинсы и кеды.

— Женись на мне, — вновь упрямо повторила я, слегка сдвинув от недовольства брови.

— Жениться? — переспросил высокий блондин, пройдясь пятерней по своим волосам, — на тебе? — я кивнула, ну что такого непонятного? — ты же говорила, что никогда такого больше не скажешь? — сощурился этот негодяй, а я отвела смущенно взгляд.

— Я поспорила, что выйду замуж до восемнадцати лет, а так как ты уезжаешь на пять лет учебы в другую страну, то замуж выйти мне нужно сейчас. Я всё рассчитала, когда ты вернешься, то мне будет двадцать один, и мы разведемся, если ты, конечно, захочешь, ведь я стану еще красивее.

— Ну в тебе и самоуверенности, — рассмеялся молодой человек, потрепав меня по голове, как в детстве, только раньше я ластилась под это движение, как котенок, а сейчас выпускаю коготки и хохлюсь. — И на что ты поспорила, маленькое бедствие?

— Проехаться на автобусе в час пик совершенно голой, — понурила голову я, вот была во мне эта искорка азарта, когда на спорах я не могла остановиться, меня будто подстегивало что-то изнутри.

— Виталия! — схватился за голову друг детства, присев на лавочку в загородном парке, — как ты могла на такое согласиться?!

— Так я же выиграю! — в полной уверенности воскликнула я, ни капли не смутившись, а Стас, смотря в мои глаза и ища там раскаяние, но не находя, внезапно расхохотался.

— Ну ты и…! Виталия, вот ничему тебя жизнь не учит! А в прошлый раз, когда тебе пришлось петь и танцевать «танец маленьких утят» на краю крыши, хотя ты до чертиков боишься высоты, ты зарекалась, помнишь? Я думал, ты еще после того раза со своими спорами завязала, — вздохнул Стас, а я жалостливо округлила глаза.

— Вот как можно так просто покончить с интереснейшим занятием?! Это же адреналин! Драйв! Так лучше чувствуется жизнь, — уговаривала я своего друга, который лишь качал головой и снисходительно улыбался.

Он был другим. Он был моим якорем и в то же время парусами. Удерживал меня на плаву в пламенный шторм, и давал мне свободу в легкую ветреную погоду. Бывают такие люди, при взгляде на которых ты понимаешь, что этот человек — твой, что он тебе необходим, как кораблю море.

— Виталия… — вновь вздохнул парень, уперев руки в бока, а потом слегка сощурился, — хорошо! — в итоге он всегда принимает участие в моих авантюрах, но всегда со своими условиями, никогда не прогибается подо мной, — но с одним условием!

— Что? Условие? — сделала я вид, что безумно удивлена, — и каким же?

— Мы распишемся в день твоего совершеннолетия, я приеду на твой день рожденье, и это будет моим подарком, — я безумно обрадовалась, ведь появилась возможность увидеть его раньше положенного срока, да еще и в такой важный для меня день!

— Так мой подарок ты? — игриво уточнила я, дотронувшись тоненькими пальчиками до его груди, а он рассмеялся, чуть отстранившись и сжав мои пальчики в своей руке.

— Подожди радоваться. Это еще не то условие, о котором я говорил. До восемнадцати лет ты исправно носишь юбки и платья в теплую погоду.

— О, нет, Стас! Для меня это смерти подобно! Ты не можешь поступить со мной так жестоко! — взмолилась я, даже захныкав, раньше, в детстве, на него это срабатывало.

— Жестоко? Нет, в самый раз для такого сорванца, как ты. Я даже рад этому пари.

Я хочу себе женственную жену, а не маленькую раздолбайку в потертых джинсах и кедах.

— Но, безусловно, милую и красивую, — заметила я, улыбнувшись, и парень вновь слегка рассмеялся, запрокинув голову.

Он был безумно красив в эти моменты! Почувствовав, как сердце ускорило бег, я постаралась успокоиться, но когда он так рядом, да еще безумно привлекателен…это выше моих сил.

— Стас, а как ты будешь следить за тем, выполняю ли я твое условия? — спросила я, приподнимая бровь.

— Ты и не выполнишь условие? Со всеми твоими противоречиями ты самая честная девушка из всех моих знакомых, и пари для тебя — дело чести, так что я уверен, что ты и так будешь выполнять все обязательства. Я доверяю тебе.

Вот опять. Сердце бросилось в бешеный пляс. Только он был такой, не считая родителей. Только он мне доверял беспрекословно, не требуя доказательств, просто верил на слово.

— Нет, — покачала я головой, а Стас нахмурился, — так не пойдет. Мне будет сложно выполнять твое требование изо дня в день без контроля, так что ты должен его осуществлять. Каждый день звони мне с утра по «скайпу» и проверяй, в чем я одета.

— Или раздета…

— Что? — переспросила я, мне кажется или…?

— Нет, ничего, — покачал головой Стас, а потом взглянул на наручные часы, — мне уже пора собираться. Завтра самолет в семь утра. Проводишь меня до дома?

— Могу даже помочь собраться, — ответила я.

— И на ночь останешься? — отчего-то хриплым голосом спросил Стас, а я пожала плечами.

— Да, конечно, — ответила я, — почему бы нет? Не в первый же раз.

Он мне ничего не ответил, лишь улыбнулся своим мыслям. Конечно, не в первый раз… но почему так колотится сердце?

* * *

— Она придет, мам, подождем еще немного, — Стас вглядывался в горизонт, где за соседним домом стоял еще один, где была квартира его маленькой мечты.

— Стас, мы опоздаем. Позвони ей, — отвечала родительница, но Станислав был упрямый, он не желал звонить, он был уверен, что его девочка сейчас придет, стоит чуть-чуть подождать, а звонок бы означал, что она забыла.

А если она забыла, то и звонить ей не стоит. Проспала? Как такое можно проспать? Он уезжает на два года, он целых два года не увидит ей светлые кудряшки и озорную улыбку, а так же пронзительные синие глаза.

— Стас, пора, — это уже отец, а главу семейства следовало слушаться, ибо говорил он мало, но по делу, а, значит, времени действительно в обрез.

— Лучше бы она у нас ночевать осталась. И зачем я настоял проводить её домой? — вздохнул молодой человек, садясь в «опель».

* * *

Я стояла в аэропорту, и постоянно выглядывала своего блондина. Народу здесь было много, каждый радовался, встречая своего родственника, когда очередной автобус привозил пассажиров. Я с завистью посмотрела на женщину, которую встретил муж с огромным букетом розовых роз, причем не было в этой женщине чего-то примечательного, особой она была обычной, полноватой и блондинистой, но муж смотрел на неё с такой нежностью! Я вздохнула, отбивая каблуком по металлическому полу, и смотря на часы. Его самолет уже приземлился, а его еще нет! Я улыбнулась. Стас даже родителям не сказал, что прилетает.

За своей радостью я чуть ли не пропустила новый приход людей, вошедших через стеклянные двери. Я пыталась встать на цыпочки, хотя с высоченными шпильками это было невозможно. Мы заметили друг друга одновременно, Стас оторопел и остановился, из-за чего его кто-то несильно толкнул по плечу, но происшествие быстро разрулилось извинениями.

Мое сердце забилось сильно-сильно, из глаз слезы готовы были брызнуть, а от сумасшедшей улыбки щеки сводило. Он возмужал. Сильно. Стал в тысячу раз прекрасней. Изменил прическу, одежду, да и вообще выглядел, как типичный иностранец: яркий и модный. Он улыбался, неотрывно смотря на меня, наши взгляды только иногда разлучали случайные прохожие.

Я знала, какой эффект сейчас произвожу. Он привык видеть маленькую девочку, не оформившуюся, в кедах, джинсах и толстовке. Сейчас я была собственной противоположностью, хотя одежда никак не изменила мой характер, разве что добавив взрослой дерзости. Я специально надела сегодня облегающее красное платье, на ноги нацепила черные каблуки, губы накрасила алой помадой, а голову привела в легкий беспорядок небрежно заплетённой косой. Он сделал шаг навстречу, и я побежала к нему, прыгнув на руки. Стас тут же подхватил меня, прижимая к себе близко, платье задралось под его руками, а я схватила его лицо в свои ладони, смотря неотрывно в омут его глаз.

— Стас, я безумно скучала.

Разговоры по «скайпу» осуществить было невозможно, ибо парень обиделся на меня, и долго не желал звонить. Пока однажды через год не решил мне позвонить, только я запретила видео-звонки, а все аккаунты в социальных сетях сделала с ограниченным доступом, удалив его из друзей, еще когда мы поссорились. Я была ребенком, и тогда мне казалось, то это единственное правильное решение — вычеркнуть его из своей жизни. Оказалось, что сделать это, не так-то просто…

— Я тоже, — кивнул парень, чуть приблизив свой рот к моим губам, но в последнюю минуту остановился, опустив меня на ноги, из-за чего я не смогла сдержать вздох разочарования. — Ты сильно изменилась.

— Надеюсь, в лучшую сторону, — спросила я, приподняв одну бровь.

— В лучшую, — ответил парень, спустя некоторое время, окинув меня задумчивым взглядом, 

Злой рок забрал дыхание любимого. Теперь моя жизнь тут кончена. Встреча со Смертью - и я просыпаюсь.
4%
Злой рок забрал дыхание любимого. Теперь моя жизнь тут кончена. Встреча со Смертью - и я просыпаюсь.
4%