Ничья в любовной игре

Джоанна Рок

Ничья в любовной игре

Joanne Rock

Secret Baby Scandal

© 2016 by Joanne Rock

© «Центрполиграф», 2018

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2018

* * *

Глава 1

Автор статей о «Гладиаторах» Нью-Йорка с микрофоном в руке ожидал квотербека Жан-Пьера Рейно в комнате для интервью спортивного комплекса «Колизей».

– Отличная игра, Рейно.

Усаживаясь в складное парусиновое кресло в маленькой застекленной будке после третьей домашней победы подряд, Жан-Пьер был готов ответить на все вопросы репортера. За стенами помещения толпились тысячи болельщиков. Они не спешили покидать тренерский клуб «Колизея», хотели увидеть, как игроки по очереди отчитываются перед прессой после игры. Здесь фанаты расслаблялись и пропускали в баре по стаканчику, ожидая, пока не рассосутся пробки после воскресного вечернего матча против Филадельфии.

Прикрепив маленький микрофон к лацкану пиджака правой рукой, которая недавно сделала победную передачу, Жан-Пьер коротко помахал толпе. Высокие цены на билеты в эксклюзивный тренерский клуб не мешали фанатам приносить с собой яркие плакаты или просить автографы, но охрана зорко следила за тем, чтобы такого рода события проходили без сучка и задоринки. Менее чем через тридцать минут Жан-Пьер умчится, чтобы успеть на ночной частный самолет до Нового Орлеана. Он должен позаботиться о семейных делах Рейно.

Кроме того, он планировал тактично разведать, как обстоят дела в «Ураганах» Нового Орлеана. Вскоре состоится широко разрекламированное футбольное шоу брат-против-брата. Старший брат Жан-Пьера, Жерве, владеет «Ураганами». Следующий по старшинству, Дэмпси, – тренер «Ураганов». А Анри Рейно, известный как Байу Бомбер, поддерживает «Ураганы» с позиции квотербека, рукой закидывая подачи с рекордного расстояния.

Будучи младшим представителем богатейшего семейства Луизианы и совладельцем судоходной империи Рейно, Жан-Пьер, как и его братья, унаследовал любовь к игре от отца и деда. Однако он единственный посмел строить карьеру вне родного штата и за пределами сферы влияния своей семьи, за что газеты Нового Орлеана окрестили его «Луизианским оборотнем». Но Жан-Пьер был не таким человеком, чтобы играть в тени своего прославленного брата, и ему было все равно, что скажут ученые мужи от спорта. И когда «Гладиаторы» сделали ему предложение, он с радостью принял его, как только оправился от шока. Дело в том, что Джек Дусе стал заклятым врагом семейства Рейно после ссоры между двумя кланами, связанной с футболом. Джек был вторым человеком в техасской команде, которой владел дед Жан-Пьера, и разрыв повлек за собой не только вражду, но и оборвал краткий школьный роман Жан-Пьера с дочерью Джека, когда Дусе переехали на другой конец страны.

Жан-Пьер очень удивился, когда команда Джека предложила ему контракт с «Гладиаторами». Нью-Йорк – большой город, здесь есть где развернуться и проявить себя достойным наследником футбольной семьи, но ошибок он не прощает.

– Ты готов? – спросил его сотрудник спортивного радио Нью-Йорка, когда репортеры окружили его плотной толпой.

Жан-Пьер кивнул, убрал со лба мокрые волосы и поправил галстук. Его мускулы все еще горели от напряжения, ему было жарко, а тут еще этот костюм с галстуком, надетый специально для интервью. После двухчасового забега по полю шелковый пиджак по ощущениям воспринимался как шерстяное одеяло.

Вокруг все стихло. Двери заблокировали. В ожидании первого вопроса Жан-Пьер посмотрел поверх голов репортеров на толпу фанатов. Взгляд Жан-Пьера переместился туда, где сидел владелец команды, устроивший прием для своих почитателей в дальнем конце бара вместе с другими не такими популярными знаменитостями и несколькими игроками-первогодками.

И в тот самый момент, когда ему следовало сконцентрироваться на журналистах, он увидел ее.

Дочь главного тренера, Татьяну Дусе. Проведенная с нею в прошлом году жаркая ночь уничтожила все шансы на восстановление их дружбы. Но, черт побери, ему хватило одного взгляда на нее, чтобы утроился жар, пылавший в его теле после игры.

Он ослабил галстук, не в силах оторвать от нее глаз.

Высокая, стройная, она была в ярком платье, усеянном блестками, со скромным вырезом под горло и длинными рукавами, обхватывающими запястье, но зато таком коротком, что практически не скрывало ее великолепных длинных ног. Шелковым шарфом Татьяна попыталась усмирить копну рассыпавшихся по плечам каштановых кудрей. Кудрей, в которые он зарывался руками во время самого восхитительного секса в его жизни. Жан-Пьер не видел Татьяну с той самой ночи.

Она стояла в дальнем конце зала, держась ближе к выходу, словно в любую секунду была готова сбежать.

Жан-Пьер так разволновался, что пропустил первый вопрос интервью. Усилием воли он взял себя в руки и, не глядя на женщину, продавшую душу ради своей работы судебным адвокатом, сфокусировался на микрофоне.

– Будьте любезны, повторите вопрос. – Он попытался устроиться поудобнее и расслабиться.

По смешкам журналистов Жан-Пьер понял: он явно что-то пропустил. Репортеры толпой обступили его, протягивая свои микрофоны. В воздухе повисло ощутимое напряжение.

– Без сомнения, к такому повороту событий невозможно подготовиться. – Репортер из «Гладиатор ТВ», популярного приложения для мобильных пользователей, улыбался ему во весь рот. – Но я просто обязан узнать ваше мнение по поводу замечания Татьяны Дусе, всего минуту назад она заявила, что не стала бы ставить против Бомбера Байу, играющего у себя дома, в матче с командой вашего брата на двенадцатой неделе.

Жан-Пьер чуть со стула не упал. Жестоко. Очень жестоко.

Татьяна действительно так сказала? Подразумевая, что она поставила бы против «Гладиаторов» – команды, которую тренировал ее отец? Или, точнее говоря, против Жан-Пьера.

У ее отца наверняка случится истерика. Не только потому, что кто-то из его семьи собирается сделать ставку на игру, что было строжайше запрещено. Джек Дусе впадет в бешенство оттого, что его родная дочь настраивает прессу в пользу их противника.

Жан-Пьер не стал терять время на то, чтобы в режиме реального времени полюбоваться реакцией тренера, сидящего здесь же. Вместо этого он решил принять экстренные меры по устранению кризисной ситуации и предложить публике свой вариант.

– Полагаю, мисс Дусе решила раззадорить «Гладиаторов» и помочь нам сыграть как можно лучше, даже если это означает подлить масла в огонь. – Он одарил окружающих ослепительной улыбкой.

С десяток репортеров разом накинулись на него со своими вопросами, из-за чего было попросту невозможно расслышать каждого в отдельности. В конце концов всех перекричал сварливый старикашка, сотрудник «Нью-Йорк пост».

– Да ладно вам, Рейно, – процедил он с ухмылкой на лице, записывая что-то в блокнот. – Ее слова вовсе не показались мне игривыми. Если даже дочь тренера не верит в вас…

– Эй, постойте-ка, – оборвал его Жан-Пьер, не давая ему направить беседу в гиблое русло. – Мы с Татьяной вместе ходили в школу, и я прекрасно знаю ее. Я гарантирую вам, что она просто пошутила.

Несмотря на убедительность, которую он постарался вложить в свои слова, в комнате наблюдалось нездоровое оживление. Жан-Пьер не собирался позволять легкомысленной девице одной фразой отвлечь внимание прессы от тяжелого труда «Гладиаторов». Подобные заявления затмевают суть – игру. Весь чертов сезон.

Поэтому он солгал, скрепя сердце, продолжая улыбаться:

– Вообще-то Татьяна едет со мной в Новый Орлеан в качестве особого гостя семейства Рейно. Она ждет не дождется снова посетить страну Байу.

Он посмотрел через стекло туда, где стояла Татьяна, но та уже исчезла. Без сомнения, она не собирается отвечать за последствия своих поступков. Или отчитываться перед отцом.

Или встречаться с ним? Да, это волновало его больше, чем следовало бы. Но он не мог отрицать, что скучает по ней.

Когда они были подростками, Татьяна проучилась два года в частной средней школе, расположенной в получасе ходьбы от поместья Рей-но. К тому же она частенько навещала их дом у озера Пончартрейн, когда они были детьми.

Над тишиной, повисшей после объявления Жан-Пьера, можно было бы посмеяться, если бы ему не пришлось отбивать подряд два вопроса, не связанные с только что закончившейся игрой. Но на мгновение ему все же удалось положить репортеров на лопатки.

– Гостья семьи или ваша личная?

Репортер не успел закрыть рот, как вопросы посыпались, словно из рога изобилия.

– Вас не волнует, что прошлой зимой она поддерживала сторону обвинения в деле о сексуальном домогательстве против вашего старинного товарища по команде?

– Приглашена ли она на свадьбу вашего брата?

Репортеры снова пытались перекричать друг друга, и на этот раз у Жан-Пьера была возможность выбирать. Он не имел ни малейшего желания обсуждать те недели, которые они с Татьяной просидели по разные стороны баррикад в зале заседаний суда, когда она включила весь свой талант адвоката, чтобы выиграть гражданский иск против одного из его друзей. Что касается свадьбы, Жерве планировал жениться на иностранной принцессе в Новом Орлеане на пустой неделе команды – неделе, когда не играют ни «Гладиаторы», ни «Ураганы». Но поскольку Жерве и его невеста делали все возможное, чтобы сохранить детали церемонии в секрете, то и этот вопрос останется без ответа. И все же Жан-Пьер был не против того, чтобы пресса решила, будто Татьяна идет на это событие с ним.

Неплохо бы как минимум удостовериться, что она действительно пойдет с ним на свадьбу брата. Их совместным пламенным п ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→