Севастополь и Крым в 1941-1944 годах: Битва Спецслужб

Константин Колонтаев

Севастополь и Крым в 1941–1944 годах: Битва Спецслужб

(Структура и деятельность немецких и советских спецслужб в годы Великой Отечественной войны, на примерах военной истории Крыма и Севастополя в 1941-1944 годах)

Введение

Часть 1. Актуальность и степень исследованности темы деятельности и противоборства германских и советских спецслужб, в Крыму и в Севастополе, в годы Великой Отечественной войны

Несмотря на то, что по внешним признакам тема истории событий Великой Отечественной войны на территории Крыма и Севастополя 1941–1944 годах, к настоящему времени, выглядит, чуть ли не исчерпывающе исследованной, однако, на самом деле она сулит еще немало весьма существенных исторических находок и открытий.

И, одним из важнейших разделов, этой темы, который все еще ждет своего серьезного и вдумчивого исследователя, является — роль и значение противоборства спецслужб нацисткой Германии и Советского Союза в Крыму и Севастополе, во время Второй Мировой войны.

Данный раздел истории боев за Крым и Севастополь в годы Великой Отечественной войны и сейчас, спустя более 70 лет после этих исторических событий, всё ёще остается белым пятном. Тем более, что отсутствие пусть малочисленных, но хотя бы четких данных по этому вопросу заменяется мифотворчеством, которое в освещении данной темы, казалось бы, должно быть особенно неуместным.

Говоря о деятельности и противоборстве немецких и советских спецслужб в Крыму и Севастополе, в период Великой Отечественной войны, приходится отметить, что на момент начала написания данной работы, то есть порядка 70 лет спустя, информационные данные, по этой теме, пока все еще достаточно отрывочны и скудны.

Однако, если в советской историографии, для такой ситуации служили оправданием целый ряд существенных обстоятельств объективного характера, как в виде официальной государственной и партийной цензуры, так и неофициальной ведомственной цензуры, в лице, прежде всего, как КГБ в целом, так и его органов на местах, то резко изменившаяся по этой теме, в сторону большой открытости и доступности информации ситуация, наступившая после распада СССР, не дает теперь, никаких объективных оправданий для сохранения прежнего уровня состояния научно-исследовательской работы по данному вопросу.

А как показало второе издание в январе 2009 года энциклопедического справочника «Севастополь», предпринятое Национальным музеем героической обороны и освобождения Севастополя, это невежество благодаря косности научного персонала данного музея продолжает сохраняться до сего дня практически в полной неприкосновенности.

Возьмем, к примеру, в данном энциклопедическом справочнике, такую большую по объему статью, как «Немецкая оккупация Севастополя», автор, которой на момент ее написания, около сорока лет возглавлял и до сих пор возглавляет «Музей коммунистического подполья Севастополя», который входит на правах отдела в Национальный музей героической обороны и освобождения Севастополя.

В этой, энциклопедической статье, которая, по сути, должна быть краткой обобщающей работой по данному вопросу, без каких-либо изменений воспроизводится набор традиционных исторических мифов. Среди, которых например — миф о повешенных якобы за отказ работать на немцев трех комсомольцах, а так же продолжает по-прежнему иметь место быть полное перевирание фамилии — начальника управления немецкой службы безопасности и полиции безопасности (SD) Севастополя, в период его немецкой оккупации.

Что касается казненных комсомольцев, то я лично еще в 1998 году, в бытность свою научным сотрудником отдела «Истории Великой Отечественной войны в Севастополе» Музея героической обороны и освобождения Севастополя, показывал автору статьи «Немецкая оккупация Севастополя», имеющиеся в библиотеке Музея героической обороны и освобождения Севастополя, подшивки севастопольских газет «Слава Севастополя» и «Флаг Родины» за ноябрь 1947 года, содержащих публикации по проходившему в ноябре 1947 года, Севастопольскому судебному процессу над немецкими военными преступниками.

В этих, опубликованных тогдашними севастопольскими газетами материалах данного судебного процесса, один из подсудимых обер-лейтенант полевой жандармерии Шреве, по приказу которого эти подростки были повешены, на допросах в ходе этого процесса, показал, что эти трое подростков были казнены, вовсе не за какие-то конкретные провинности перед немецкими оккупационными властями, а исключительно, в целях превентивного запугивания населения оккупированного Севастополя.

После этого я предложил ей на основании этих новых документально подтвержденных данных внести изменения в соответствующий раздел экспозиции Музея подполья, объясняя, что подлинная причина смерти этих подростков будет намного больше подчеркивать беспредел, творимый, тогда в Севастополе немецкими оккупантами. Но, к сожалению на голове взращенных бывшим директором музея Мазеповым «научных кадров» можно тесать не, то что деревянный кол, а лом из легированной стали, но все будет без толку.

В результате, до сих пор, за почти пять десятков лет, прошедших с момента создания в Севастополе «Музея коммунистического подполья», нет не только, никаких изменении в его экспозиции, но и с тупым упорством идет повторение его заведующей прежней псевдоисторической мифологии в соответствующей статьях, как первого, так, и второго издания энциклопедического словаря «Севастополь».

«Нет, их не вразумишь!», так писал, правда, по другому поводу поэт Тютчев. О чем свидетельствует очередное упоминание в этой же статье «Немецкая оккупация Севастополя, в качестве начальника немецкой службы безопасности в Севастополе некоего штурмшарфюрера Майера.

Для человека заведовавшего Музеем подполья, в течении 40 лет, если не больше, я, проработавший в этом же музее научным сотрудником всего лишь пять лет, могу популярно объяснить, что согласно многочисленной изданной в последние 15 лет справочной литературе «штурмшарфюрер» — это, высшее унтер-офицерское звание в войсках СС. В так называемых «общих СС», и в том числе в СД, использовалось соответствующее ему звание «гауптшарфюрер». Оба этих эсэсовских звания приравнивались к армейскому чину «штабсфельдфебель», что в переводе на современную систему отечественных воинских званий означает — «старший прапорщик».

Немцы, конечно, иногда бывают большие оригиналы, но и они думается все же, в то время для управления службы безопасности в таком стратегически для них тогда важном городе как Севастополь всё же нашли бы начальника и с офицерским званием. И действительно, реальным начальником Севастопольского управления SD являлся оберштурмбанфюрер (подполковник) Фрик.

По этому поводу можно указать, на то, что в фондах Севастопольской Морской библиотеки с 1999 года хранится трехтомный сборник немецких архивных материалов по боевым действиям и оккупации Севастополя в 1941–1944 годах, изданный немецким историком Нойманом в 1998 году (Ганс-Рудольф Нойман. Сборник «Севастополь, Крым: документы, источники, материалы» — Регенсбург, 1998. (Германия). В трёх томах), где есть целый массив документов, подписанных начальником Севастопольского управления СД и полиции безопасности — оберштурмбанфюрером, по фамилии Фрик.

Таким образом, в результате отсутствия, обобщающих и четких данных по этому вопросу до сих пор еще пышным цветом процветает мифотворчеством, которое в освещении данной темы, казалось должно быть особенно неуместным.

Особенно неуместным в этом плане являлась мифотворческая деятельность в данном вопросе во времена СССР — Севастопольского городского отдела КГБ Украинской ССР, а после распада СССР, аналогичная мифологическая деятельность севастопольского управления Службы безопасности Украины.

Одним из примеров этого является, участившиеся особенно в последнее десятилетие, с подачи, как севастопольских ветеранов органов государственной безопасности, так и руководства севастопольского управления Службы безопасности Украины, своего рода «хороводов» вокруг личности и памятника офицера контрразведки военно-воздушных сил Черноморского флота младшего политрука (младшего лейтенанта) Силаева Павла Михайловича (1916–1942), который, согласно этой мифологии, будучи взятым немцами в плен 4 июля 1942, на мысе Херсонес, якобы подорвал спрятанный в одежде гранатой немецкого авиационного генерала, к которому его привели на допрос.

Это один из многих мифов сопровождающих историю Второй обороны Севастополя опровергается легко и просто. За весь период боев за Севастополь в 1941–1942 годах не погиб ни один немецкий генерал-ни сухопутный, ни авиационный. И поэтому во всех рассказах о Силаеве, всё время как-то забывают упомянуть имя, полное звание и должность этого «взорванного» им немецкого авиационного генерала. А ведь генерал в любой армии это не иголка в стогу сена.

Часть 2. Состояние историографии по деятельности и противоборству германских и советских спецслужб, в Крыму и в Севастополе, в годы Великой Отечественной войны, к началу второго десятилетия 21-го века

В 1997 году, автор данной книги — Константин Колонтаев, стал первым в мире и странах бывшего СССР исследователем темы действий и борьбы между немецкими и советскими спецслужбами в Севастополе и Крыму, в период Великой Отечественной войны.

Началом этих исследований стала моя статья «Севастопольский Нюрнберг», которая была написана мной в качестве научного сотрудника отдела «История Великой Отечественной войны» Музея героической обороны и освобождения Севастополя — 16 октября 1997 года, к 50-летию Севастопольского судебного процесса над немецкими военными п ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→