Амаре. Избранная жить

Диана Ситчихина

Амаре. Избранная жить

Глава 1. Тайны темных ночей

Ночь — это время, когда оживают мечты и просыпаются воспоминания.

О.Рой

Июньская ночь медленно, но уверенно вступала в свои права. На небе уже слабо мерцали звезды, по узким улочкам гулял ветер, наполняя воздух приятной прохладой. Осторожно ступая по мостовой, я шла и никуда не спешила, наслаждаясь прелестью ночной жизни: редко где-то мелькали фигуры спешащих прохожих, вдали слышался гул проезжающих машин. Ветер приятно раздувал мои светлые локоны, играл с подолом легкого платья.

Я шла, ненадолго прикрыв глаза, и никуда не спешила. Да и куда мне торопиться? Дома никто не ждал: родители погибли в автокатастрофе, после чего меня взяла к себе бабушка, но и ее не стало в прошлом году. От этих потерь я закрылась в себе, не желая пускать никого в свое израненное сердце, чтобы не позволить вновь причинить себе боль. Одиночество уже не пугало, я давно смирилась с ним и полюбила гулять по ночам.

Я переходила дорогу на одном из перекрестков, когда неожиданно до меня донесся шум приближающейся машины, кто-то крикнул позади меня: «Назад!», и я испуганно отпрянула. Вовремя! Из-за угла вывернула машина, несущаяся на полной скорости, пронзительно взвыли тормоза, а вскоре убийственная груда металла скрылась вдали. Я испуганно вздохнула. Повезло! Повернулась назад, чтобы поблагодарить моего спасителя, но удивленно замерла: на улице никого больше не было. Я стояла здесь в полном одиночестве.

Почему-то от этого по коже пробежали мурашки, стало как-то не по себе. Я ведь слышала чей-то голос, причем совсем рядом! Куда тот человек мог деться? Да и зачем? Нерешительно и осторожно я все же перешла на противоположную сторону улицы, а оттуда отправилась в парк.

Я медленно брела по освещенным дорожкам, размышляя о таинственном голосе. Возможно, кто-то назовет меня безрассудной, так как девушкам лучше не бродить в одиночестве ночью, но я почему-то была уверена, что ничего плохого не случится. Не со мной. Впрочем, это не важно…

Я уже, было, окончательно убедилась, что мне это почудилось, и тот голос был всего лишь игрой воображения, как вновь услышала у себя за спиной: «Тебе не показалось. Это был я!» Я чуть не закричала от ужаса и неожиданности и вновь стремительно обернулась так, что слегка закружилась голова. По коже пробежали мурашки, заставляя нервно содрогнуться. Позади меня никого не было! Я тихо застонала от отчаяния и устало обхватила голову руками. Я же не сплю, чтобы со мной происходил этот ужас?!

На негнущихся ногах я осторожно подошла и села на скамеечку под фонарем, испуганно глядя на свою тень, боясь увидеть за ней еще кого-нибудь. Дрожащим голосом я робко спросила, чувствуя себя полной дурочкой: «Кто здесь?!» И в ответ тишина. Может, кто-то решил так надо мной подшутить? Да, пожалуй… Вот только это слишком жестокие шутки! Я еще раз огляделась вокруг: ни-ко-го. Отчего-то стало холодно, может, это повеяло с реки, пересекающей парк.

Я поспешно закуталась в кардиган, обхватив себя похолодевшими руками. Мысли в голове мешались. Кому могло прийти в голову так надо мной издеваться?! Я же никого не знаю… Случайные гуляки? Что-то не верится, но это пока что единственная версия, которая у меня есть, а поэтому я вновь, уже чуть увереннее, произнесла в темноту: «У вас глупые шутки. Вы хотите меня напугать?!» И вновь тишина. Я уже решила, что мое несчастье закончилось, и меня оставили в покое, как я вновь услышала совсем рядом, над своим ухом: «Нет!» и, пронзительно закричав, бросилась прочь.

Так быстро я еще, наверно, никогда не бегала. Перед глазами стремительно проносились деревья, вот уже парк остался позади, а я все не останавливалась, слыша, как быстро бьется сердце в груди. Как говорится: один раз — случайность, два — странное совпадение, а три — уже закономерность! Показаться мне не могло! Не знаю, сколько бы я так бежала, вот только когда я в очередной раз обернулась назад, чтобы убедиться в отсутствии преследователей, на моем пути возникло препятствие, из-за которого я отправилась на встречу с мостовой. Однако обошлось: меня услужливо подхватили сильные руки этого самого препятствия и вернули в вертикальное положение.

— Ох, спасибо, — сказала я сбившимся голосом, оправляя платье и, наконец, подняла взгляд, чтобы заворожено замереть.

Передо мной стоял мужчина, так же внимательно рассматривавший меня, как и я его. Темные черные волосы, мощное стройное тело, которое не оставляло сомнений в силе этого человека, тонкие, нахмуренные брови, одна из которых была рассечена ближе к внутреннему краю, но меня поразили его глаза: они смотрели на меня, словно два дымчатых изумруда, неожиданно яркие в сумраке ночи, как будто что-то скрывали внутри, поддернутые этим легким туманом. Этот человек непонятным образом притягивал к себе, этот взгляд словно цеплял и не давал отвернуться, проникал в самую душу и читал ее как открытую книгу. Но в то же время я ясно ощущала исходящую от него опасность, все внутри меня словно кричало: «Беги! Беги от него прочь! Он опасен!» Это словно был животный инстинкт, которому еле удавалось сопротивляться.

— Вы в порядке? — спросил он приятным, бархатным голосом. Я осторожно кивнула, чувствуя себя загнанным кроликом перед матерым волком.

— Да, все хорошо, спасибо. И извините, — и я осторожно обогнула его и стремительно пошла прочь, больше не рискуя бежать. Я чувствовала спиной его обжигающий взгляд, от чего невольно передернула плечами и поспешила вернуться домой.

Закрыв за собой дверь, я, наконец, поняла, что в безопасности. Быстро скинула с себя обувь и прошла в тепло своей маленькой, но родной квартирки. Она мне досталась еще от бабушки. Это была вполне современная квартира, без лишней роскоши, но зато довольно уютная и милая. Я зашла на кухню и заварила себе кофе, после чего отправилась в спальню.

Она была довольно светлой, выдержанная в спокойных пастельных тонах голубых оттенков. Я любила этот цвет, особенно в сочетании с белым, так что порой моя комната напоминала мне солнечное летнее небо с пушистыми облачками. У стены по центру стояла большая двуспальная кровать из светлого дерева, возле нее по обе стороны находились прикроватные тумбочки, на одну из которых я и поставила свой кофе. Напротив был шкаф-купе с одеждой, а рядом — зеркало во весь рост, под ним небольшой столик, где разместилась вся необходимая мелочь.

Я быстро переоделась в ночнушку, а потом забралась под одеяло, взяла кружку кофе, оставленную на столике, книгу, и продолжила чтение, успокаивая нервы.

Книги я любила. У меня не было особых предпочтений в жанре, но чаще я читала классику: дома, в институте между парами, а после еще и на работе, когда устроилась в библиотеку неподалеку. На первом курсе я нашла себе место для подработки, так как не хотелось сильно обременять бабушку.

Работа была несложная, к тому же приятная. Платили не то, чтобы много, но мне хватало — я привыкла жить скромно.

Я читала до тех пор, пока глаза сами не стали закрываться, погружая меня в сон, от которого я давно не ждала ничего хорошего. На утро после них всегда болела голова. И еще мне почему-то жутко не нравилось то, что я в них видела…

* * *

Просторная комната — кабинет. Сумерки, большие окна задернуты плотными черными шторами. С одной стороны стоял большой письменный стол, на котором были разложены какие-то листы, исписанные мелким почерком, позади него массивные стеллажи с открытыми и закрытыми полками, на них какие-то книги в старинных обложках или папки, стопки бумаг.

Эта комната была погружена во мрак, тогда как другая ее половина освещена ярким огнем, пылающим в портале камина. Пламя было окутано странным, таинственным мерцанием, от чего казалось волшебным, живым. Перед ним стояли два небольших кресла, на полу мягкий ворсистый ковер, скрадывающий звуки, а на нем небольшой журнальный столик, где сейчас стояла открытая бутылка вина.

В кресле восседал мужчина с бокалом в руках. Его лицо ничем не было скрыто и достаточно освещено, но уловить какие-либо черты в нем было сложно, лишь на его руке мелькнул перстень с красным камнем… Неожиданно тишину прервал глухой стук, а после коротко брошенной фразы, в комнату вошел еще один мужчина.

— Ты как-то поздно, Редрик, — спокойно и немного устало произнес тот, что сидел в кресле и приглашающим жестом указал на второе. Мужчина вышел из тени и занял предложенное место. У него были каштановые волосы, собранные в пучок на затылке, худое лицо с четкими скулами, янтарные глаза, а на шее татуировка, чем-то напоминающая дракона.

— Ты же знаешь, я охотник! — довольно усмехнулся Редрик, устраиваясь в кресле и принимая второй бокал. — Плохое настроение? Устал? Скучаешь? — поинтересовался он, откинувшись на спинку.

— Пожалуй, все из перечисленного. Так что если ты сейчас заговоришь о делах, я буду недоволен. Оставим проблемы на завтра. Как прошла твоя прогулка? Нашел свою жертву? — с легкой усмешкой поинтересовался мужчина, но в его голосе проскользнули нотки недовольства.

— О, да! Красивая, стройная блондинка, не назвал бы ее особо умной, но и не глупая. Думаю, завоюю ее недели за две, на нее хватит. Сложнее крепости брал! — и он довольно рассмеялся.

— Надеюсь, ты помнишь о Запрете? То, что ты мой друг, тебя от него не освобождает. Узнаю — придется расплатиться. Не пожалею, — строго напомнил мужчина, посмотрев на своего собеседника. Тот спокойно выдержал его взгляд и непринужденно ответил:

— Не переживай. Я знаю, — отмахнулся Редрик. — Вот только понять не могу, зачем он вообще нужен. Глупо им ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→